Дариласа очень не хотела уезжать. Всё внутри неё противилось этому. Ей хотелось быть там, где повелитель. Но она не высказала своего желания и не стала сопротивляться отъезду.
Больше всего её отъезду радовался Вааш. Всё же она будет на его территории. Делилонис отнёсся к этому спокойно, сказав, что кое-кто в следующий раз будет думать, какие приказы отдаёт. Противоречивее всего её отъезд воспринял Роаш. Он переживал. С одной стороны, его девочка будет вдали от королевской семьи и «обнаглевшего» наагашейда, а с другой стороны, сам он не сможет видеть её каждый день: дела обязывали его оставаться во дворце повелителя.
К огорчению Дариласы, Ссадаши тоже оставался во дворце. Он продолжал присматривать за своим выздоравливающим отцом, и наагариш Делилонис также поручил ему следить за принцессой Дедери. Дариласа видела её прошлым днём в коридоре. Девушка выглядела значительно лучше, чем когда была в походе. На ней было богатое и красивое платье, волосы перевиты жемчужными нитями, а загара на лице как не бывало. Вместе с великолепным внешним видом к принцессе вернулось и её императорское достоинство: представить эту девушку купающейся за камышами в реке было решительно невозможно. Ссадаши рассказывал, что Ρуаза и Дедери пересеклись на совместной трапезе. Вроде бы и вежливо говорили, но облили друг друга холодным презрением. Видимо, не сошлись характерами.
Дариласа вообще уезжала только в сопровождении Вааша, Миссэ с Доашем и Изящного Красавчика. Большой Красавчик продолжал быть под неусыпным присмотром Эоша, а папаше-Плуту было не до вожака.
Выйдя за двери дворца, Дариласа обнаружила у подножия лестницы, ведущей к воротам, паланкин наагашейда. Вааш склонился к её уху:
— Повелитель настоял, чтобы ты ехала в нём.
Подумав, он добавил:
— И также настаивал, чтобы наги из его личной охраны пополнили состав охраны поместья рода Онсаш. Но я отказался. Нечего давать этому прохво… ммм… владыке лазейку на мою территорию.
Тейсдариласа позволила себе слабую улыбку. Οна не хотела уезжать. Знала, что, пока королевская семья здесь, ей лучше быть подальше. Но уезжать не хотела.
Спустившись к паланкину, она обернулась, чтобы ещё раз посмотреть на дворец, и замерла. На вершине лестницы стоял наагашейд, заложив руки за спину. Брови его были нахмурены, губы плотно сжаты. Увидев его, Дариласа поняла окончательно: не уедет она! Но за локоть потянули пальцы Вааша.
— Это не насовсем, — тихо и немного виновато произнёс наг. — Зато ты успеешь подумать, успокоиться, решить… А наагашейд не отступит. Если нужна — не отступит.
Если нужна… Дариласа сделала шаг назад, не отрывая oт повелителя взгляда. Тот также пристально смотрел на неё. Нужна же, правда? Ведь то признание — не издевательство? Он сказал ей правду? В груди болезненно и боязливо сжалось сердце. А наагашейд качнул подбородком, прощаясь с ней. Девушка почувствовала прилив раздражения. Она тут решает, остаться или нет, а он с ней прощается. Злость странная, неразумная, но, поддавшись ей, Дариласа круто развернулась, словно обрывая все нити, связывающие её с этим местом, и залезла в паланкин.
Вааш, кряхтя и ругаясь, расположился рядом. Тролли подняли паланкин и начали движение. Дариласа, недовольно сведя брови, смотрела прямо перед собой. Вааш, глядя на неё, почувствовал себя неуютно и, приподняв занавеску, посмотрел наружу. Они как раз миновали двор между первой и второй стеной. Наг обратил внимание на многочисленные повозки с клетками, в которых были заперты наги. Нахмурив брови, он осмотрел их. Но увидев наагариша Жейша, скованного и закрытого в такой же клетке, быстро сообразил, что происходит, и опустил занавеску. Незачем Дариласке видеть это.
Дейширолеш стоял наверху лестницы и ощущал, как стремительно портится его настроение. Уехала. То, что уехала она по его же совету, утешением не послужило. Чем дальше удалялся паланкин, тем пакостнее становилось у него на душе. Она будет так далеко неизвестно сколько времени! В это мгновение Дейш люто возненавидел короля Дорина и пообещал себе, что если тот не уедет в ближайший месяц самостоятельно, то он просто выдворит его.
Появилось и беспокойство. А смогут ли там хорошо присматривать за ней? Она же такая вездесущая заноза! А вдруг с ней что-то произойдёт? Хвост взволнованно взвился, а Дейширолеш тихо зарычал. Не стоит накручивать себя. Всё будет замечательно. Он уже отдал приказ выделить отряд от армейской части и тайно окружить поместье Онсаш со всех сторон. Ни одна кошка, даже самая маленькая, не проберётся через них незамеченной.