Тот просил всегда немного. Где-то с чем-то помочь, что-то достать, кого-то убить… Его запросы стали сложнее год назад. Сперва он потребовал добыть кровь наагашейда. С этим заданием они так и не смогли справиться. Чанвашар потом презрительно сообщил ему, что с этим «плёвым» заданием справилась всего лишь одна женщина. А ему, Жейшу, и целого рода не хватило, что бы преуспеть. Затем задания стали еще рискованнее. Чанвашар потребовал, чтобы кто-то из нагов привёл нагинь в ловушку, которая перенесёт их в другое место. И они должны были провернуть это прямо на территории дворца! Жейша тогда трясло от напряжения. Но зато как он был рад и доволен, что они всё же справились.
Правда, со следующим этапом задания они провалились. Все планы поломал этот увалень Вааш. Как же Жейш в тот момент ненавидел этого нага! Словами не передать его злость. А как ярился Чанвашар! Тогда Жейш понял, что бог стал сильнее. И становился сильнее изо дня в день. Наагариш думал, что не выживет после его ярости. Но Чанвашар не стал убивать его, решив, что он еще пригодится. Именно тогда Жейш понял, что выбрал правильную сторону: за богом будет победа. Чанвашар не остановится, пока не добьётся своего. Поэтому когда он в очередной раз явился и потребовал отряд нагов, чтобы убить какую-то женщину, Жейш сомневался недолго. Нужно было заручиться благосклонностью Чанвашара, для этого требовалось переступить и через некоторые принципы, такие, как запрет на убийство женщины. Наагариш специально отправил своего сына, что бы он проконтролировал выполнение этого задания. Они не могли позволить себе оплошать еще раз. И вот чем это обернулось! Смертью Эзгаиша и их пленением. А через несколько часов и казнью.
Жейш вздрогнул, увидев еле заметную россыпь искр прямо за спиной стражников, что были в камере. Их охраняли и снаружи, и изнутри. Сперва наагариш решил, что ему показалось. Но из стены неслышно шагнула фигура, закутанная в чёрный плащ. Стража почему-то не шевелилась. Присмотревшись, Жейш понял, что наги даже не моргают. Появившийся спокойно прошёл между стражниками и двинулся к Жейшу. В руке у него побрякивала связка ключей. Он остановился рядом с наагаришем, позвенел ключами, выбирая среди них нужный, и отомкнул браслет на его правой руке. После этого он сложил связку ключей в ладонь Жейша и, склонившись к его лицу, тихо прошептал:
— Дальше выбирайся сам. Я и так пошёл на очень большой риск, сунувшись в это место. Стража не пошевелится ещё в течение пятнадцати минут. Увы, убить я их не могу. Смерть в этом месте может привлечь ко мне ненужное внимание.
Отступив на шаг, Чанвашар продолжил:
— Освобождай себя и сыновей и выбирайся через окно.
Он кивнул на крошечное отверстие под самым потолком, забранное решёткой.
— Выломаете. Я всю ночь убил, работая с чужой магией, что бы ослабить это место. И не вздумайте трогать стражу. Одно прикосновение, и они очнутся.
Жейш почувствовал себя польщённым. Сделать столько, чтобы освободить его… Значит, он действительно очень нужен.
— Когда выберетесь, двигайтесь к западной стене. Там как раз замечательные кусты. Я заберу вас оттуда. Отсюда не могу.
Здесь Чанвашар произнёс что-то непонятное и экспрессивное. Наверное, ругался. После этого он отступил к стене и растворился в ней. Жейш озадачился. Видимо, с этим местом действительно что-то не так, раз мёртвый бог даже перемещается не так, как обычно.
Он быстро освободил себя и своих сыновей. После этого двое из его мальчиков подняли вверх третьего, и тот выломал решетку. А вместе с ней и часть стены. Это получилось у него так легко, словно стена была сделала из песчаника. Он тут же выскользнул наружу, а затем опустил вниз хвост. Обвив им одного из братьев за талию, он подтянул его наверх. Тот уцепился за край пролома и дальше полез сам. Вдвоём они уже помогли и своему третьему брату. А затем и четвёртому.
— Отец, — позвал Жейша один из них.
Наагариш же думал и смотрел на оцепеневшую стражу. Похоже, оцепенение напало и на стражу снаружи, иначе бы они давно приползли на шум.
— Ползите, куда приказал бог, — велел Жейш сыновьям. — А я вас догоню. Только оставлю подарок дорогому наагашейду.
Сыновья не стали перечить, и вскоре Жейш услышал лёгкий шорох и тихий хруст ветвей. Сам он подполз к двери, выбрал в связке подходящий ключ, отомкнул её и осторожно выглянул наружу. Стража в коридоре не шевелилась. Жейш усмехнулся и выполз из темницы. Найти камеры, в которых содержались члены его рода, не составило труда. Он открыл каждую из них, освободил всех пленников и каждому тихо прошептал: