Беата сдавленно выругалась.
Лили, талантливый и бесстрашный ребенок, призвала не одну и не двух ночных кобылиц, а целый табун. В таком количестве они не будут бояться ведьм, а вступят с ними в битву. Значит, нужно сидеть тихо. Ничего, разрушить колдовской круг они все равно не смогут.
Табун окружил Лили и скрыл ее от их глаз.
— Наставница, что будем делать? — испуганно спросила Эва.
— Беата, мне кажется, нам лучше сбежать отсюда, — Адалинда побледнела от страха, — твоя ученица защищена, чего нельзя сказать о нас. Если они нас заметят…
— Помолчите! — Беата закусила губу.
Проклятье, как же ей поступить? Отступить и попробовать достать гриву позже, в компании Валери, Голди и призрачных псов, а не трусихи Адалинды? Но каково будет Лили, если они ее бросят? Чары бесстрашия не продержатся долго. Рысь и Пламя будут драться за нее и сумеют защитить, если только она не…
— Лошадки! Какие вы милые! Кося, кося, кося! Ты хочешь прокатить меня на спине? Эва, Дана, посмотрите на меня! — радостно воскликнула Лили, влезая на спину ночной кобылицы.
— Не надо! Слезай! — завопила Эва.
— Они плотоядные! Тебя сожрут! — крикнула Дана.
— Ничего и не сожрут, я им нравлюсь! Меня все животные любят и… эй, стойте, вы куда?
Табун сорвался с места и помчался прочь. Рысь и Пламя едва успели убраться из-под копыт.
Беата взвыла. А потом сотворила чары летучести на выпитый грог Калунны, поднимая всех ведьм в воздух.
— Ада, поймай одну кобылицу и срежь мне ее гриву! Используй призрачную веревку!
— Ты издеваешься?! Я не полезу туда, я — певица и целительница! — взвизгнула та.
— Не достанешь мне гриву — сотру Питеру память о тебе! Делай, что тебе говорят! — рявкнула Беата. — Эва, Дана, за мной! Ищите Лили!
Четверо ведьм помчались догонять мчащийся табун. К счастью, в воздухе они были достаточно быстры для этого.
— Я тебе это припомню! Ох, припомню, Беата! — орала Адалинда. — Вот только сломай себе что-нибудь, я тебя лечить не стану! Да стойте вы, дурацкие лошади!
— Осторожнее, они могут и будут кусаться! — крикнула Беата, летя рядом.
— А почему они убегают, а не дерутся с нами? — выдохнула Дана.
— Не знаю! Может, решили, что выгоднее уволочь и слопать Лили, как овцу, отбившуюся от стада! — бросила Беата. — Вон она! Попытайтесь стащить ее с кобылицы!
Лили радостно вопила и хохотала, все еще находясь под чарами бесстрашия. Эва и Дана ринулись к ней.
— Хватай нас за руки!
— Ух ты, вы летаете без метел! Здорово!
— Лили! Хватайся!
— Не хочу! Лучше прокатитесь вместе со мной!
Адалинда, не обращая на них внимания, высматривала себе добычу. Наконец приметила совсем небольшую кобылку, почти жеребенка. Зашептала себе под нос заговор, вытащила призрачную веревку и рухнула вниз, как хищная птица. Приземлилась на ее спине и накинула петлю на шею. Кобылка обернулась и попыталась ее укусить, но Адалинда ударила ее светящейся рукой по морде, обжигая. Лицо у нее было мрачное и злое, а длинные светлые волосы развевались на ветру, как у баньши.
Беата отвернулась, сосредоточившись на Лили.
Табун заметил преследовательниц и начал понемногу перестраиваться: некоторые из ночных кобылиц начали набирать высоту, равняясь с Даной и Эвой. Их явно собирались взять в клещи и растерзать.
— Дана, Эва, назад! — крикнула Беата.
— Но Лили не хочет слезать!
— Назад, я сказала!
Девочки переглянулись, а потом схватились за руки. Эва сотворила какие-то чары и хлопнула Лили по спине. Секунду спустя они вцепились в Лили и рванули вместе с ней наверх, уворачиваясь от оскаленных морд ночных кобылиц. Одна из них вцепилась Дане в ногу, и та вскрикнула.
— Фу! Плохая лошадка! Отпусти ее! — велела Лили, однако та и не подумала ее слушаться.
Эва и Дана дружно принялись пинать ночную кобылу по морде, и та разжала челюсти.
— Уходите в сторону! — крикнула Беата.
В этот раз ученицы послушались. А вот ночные кобылицы начали поворачивать, не сбавляя скорости.
Они готовились к атаке.
Беата ударила в табун чистой силой. Когда-то Калунна подарила ей кольцо, пообещав, что оно поможет ей в любой схватке, и однажды Беата его даже опробовала. Правда, тогда ее противницей была разъяренная Адалинда, а не толпа хитрой нечисти. Да и схваткой всю ситуацию вряд ли можно было назвать.
Ночь прорезало дикое лошадиное ржание.
Большинство ночных кобылиц бросилось прочь, но пять-семь рванули к Беате по воздуху, окружая ее. Их жуткие белые глаза были полны злобы и ненависти, а неземная красота померкла, обнажая полусгнившие бока и черепа вместо голов.
Беата оцепенела от ужаса. Ей конец! Они растерзают ее на части!
Но когда до нее оставалась буквально пара метров, Беату окружил аромат вереска, пряча ее в лиловый полупрозрачный кокон. Во тьме раздался грозный львиный рык.
— Пошли прочь, жалкие твари! Не то проглочу каждую из вас! Беата — моя, ясно?! Никто не смеет трогать мое!
Ночные кобылицы шарахнулись в стороны и бросились бежать, исчезая на глазах. Божественная сила явно напугала их. Вскоре от них не осталось и следа. Беата отмерла и принялась плавно опускаться на землю.
— Спасибо, моя богиня.
— Не за что. Ты уже не такая трусиха, как раньше, но нормально драться все равно не научилась. Надо с этим что-то сделать, не то придется опять тебя воскрешать. А у меня и без того множество душ ожидают новой жизни.
— Может, просто больше не будем подвергать меня опасности?
Калунна засмеялась.
— Ты сама знаешь ответ на это. Тихая жизнь не может длиться вечно, а я не стану сторожить тебя как цепной пес. Пришло время меняться, Беата. Хотя, есть еще один вариант.
— Какой?
— Обзавестись защитниками, пока не станешь достаточно сильной, чтобы защищать их сама.
— Бессмыслица какая-то. Так кто кого будет защищать в итоге?
— Узнаешь. Но сейчас для этого слишком рано. В другой раз будь осторожнее.
— Да, моя богиня.
Беата встала на землю. К ней тут же подбежали Эва, Дана и Лили.
— Наставница, вы в порядке?
— Когда я что-то приказываю, вы должны выполнять, а не своевольничать! — резко ответила Беата. — Вы двое — самонадеянные идиотки! Я сама собиралась вытащить Лили! Незачем было лезть, вас ведь могли сожрать!
Дана и Эва потупились.
— А ты что натворила? Я кому сказала сидеть в колдовском круге и не покидать его? И зачем ты призвала целый табун, хотя мы договаривались об одной ночной кобыле?
Лили втянула голову в плечи. Чары бесстрашия явно закончили свое действие.
— Простите! Я просто никогда не каталась на лошадях, а они были такие красивые! Одна еще и спину мне подставила! Обычно звери меня любят и никогда не вредят, вот я ей и поверила. Но я уже поняла, в чем проблема: ночные кобылицы только притворяются животными, а сами — нечисть. А настоящие лошади так бы со мной никогда не поступили! Они — хорошие!
Беата закатила глаза.
— Лошадь заводить запрещаю! Ты в порядке? Не ранена?
— Нет!
— Дана, как твоя нога?
— Ничего. Сапог не прокусили.
Беата глубоко вздохнула.
— Теперь ты понимаешь, почему страх важен для ведьм? Мы все могли сегодня погибнуть из-за одной маленькой ошибки. Если бы Лили продолжала бояться, она вызвала бы только одну кобылу, как и предполагалось. И ничего этого бы не произошло.
Дана молча кивнула и обернулась к Лили.
— Прости. Это все моя вина. Я убрала твой страх.
— Все-таки ты ее заколдовала, — заметила Эва, — я так и подумала.
— Я в порядке, — улыбнулась Лили, — все же обошлось. А бояться было неприятно. Покажешь мне это заклинание?
— Покажу.
— И мне! — оживилась Эва.
Беата покачала головой. Ладно, может, хоть что-то запомнят из сегодняшнего урока. Она оглянулась в поисках Адалинды, и та, будто почувствовав, появилась перед ней верхом на выдохшейся ночной кобыле.