Я уже даже знала, что хочу нарисовать: то, что видела из окон своего балкона. Я не могла передать словами, как меня завораживал вид озера, парк, усаженный красивыми деревьями, ухоженные кусты, лавочки, которые располагались вдоль аллеи.
В это время в парке никого не было. И мне бы очень хотелось отразить на холсте парк именно в таком виде. Тихий, пустой и умиротворяющий. Но, боюсь, когда я закончу с уборкой лавочки займут пары влюбленных, аллеи наполнятся прогуливающимися пожилыми людьми, и даже вода озера не будет такой чистой. Надо поторопиться с коробками.
К полудню я разгребла бо́льшую часть вещей по их новым местам. Остались только теплые вещи, но я решила, что они немного подождут. Слишком хотелось сесть на балконе перед Джонни и достать свои любимые краски.
Я была права, на улицу повылезали люди, но я начала с неба, по которому уж точно никто не мог ходить.
Я услышала слабый глухой удар по окну и чуть не упала со стула и не перевернула мольберт. Обернувшись на звук, я онемела от удивления. На соседнем балконе (кстати, тоже с панорамными окнами) стоял тот парень, который ночью выпроводил пьяного мужчину и сделал комплимент моей пижаме с овечками. От был в тех же пижамных серых штанах, которые были на нем ночью. Больше на нем не было одежды. Интересно, он вообще знает что такое «футболка»? Если я буду видеть это часто, то буду рисовать совсем не парк с озером…
Парень открыл окно своего балкона и жестом показал мне, чтобы я последовала его примеру. На дрожащих ногах я подошла ближе и открыла окно. Меня обдало легким свежим ветром. Я с непониманием смотрела на своего соседа. Тот, прикрыв глаза, подставил лицо и ветер растрепал небрежную копну его волос. Тёмная прядь упала на лоб. Он смахнул ее и открыл глаза. Сейчас я четко видела их цвет. Они действительно были нереально яркими. Всё-таки это была не игра света и тени…
Пока я разглядывала его, все еще не понимая, для чего открыла окно и подошла, он заговорил:
-Кажется, ночью я не представился. Меня зовут Феликс. – сейчас его голос не хрипел от резкого пробуждения ото сна. Но низкий тембр и неспешная интонация делали его не менее… сексуальным?
-Даниэла. – вымолвила я – Я буквально вчера…
-Заехала в эту квартиру. Я в курсе. – он посмотрел куда-то позади меня. – Рисуешь?
-Угу. Этим и хотела заняться пока что-то не прилетело в мое окно.
-Ах, это я. – сказал он, будто думая, что я итак не догадалась. – Просто не знал, как тебя еще позвать.
-А для чего меня надо было звать?
- Ну как это. – Феликс улыбнулся одним уголком рта, – Я же тебе говорю, мы не успели вчера познакомиться. А ты все-таки теперь моя соседка, Да-ни-э-ла. – Он произнес мое имя по слогам, словно примеряя подходит ли оно мне.
-Раз мы теперь знакомы, позволь мне продолжить картину. И постарайся больше не попадать мне в окно непонятно чем. – как бы мне ни хотелось дальше рассматривать прекрасное тело Феликса – мне надо было срочно прекратить это. Иначе мои мысли до конца дня будут забиты совсем не тем, чем нужно.
- Это была просто бумажка. Я кинул ее тебе в окно. – парень отодвинулся от окна и потянулся. Мышцы его рук перекатывались и это зрелище, наверное, впечатается в мою память как напоминание о том, что в мире явно больше чудес света, чем 7. – Кстати, а почему ты не в той классной пижаме?
Я даже не знаю был ли это сарказм. Ну а кому может показаться классной пижама с овечками, которую мама подарила мне еще на 17тилетие?!
-Ну, наверное, потому что уже полдень. Пижаму обычно надевают на время сна.
- Серьезно? – он скорчил удивлённую гримасу, – Вау, спасибо. А то я в ней целый день обычно хожу. Вот теперь понятно почему на меня все так смотрят! – Феликс щелкнул себя по лбу, и я не смогла сдержать смех, хотя понимала, что смотрят на него совсем по другой причине…
Тут раздался звонок в дверь и я не сразу поняла, что звонят ко мне.
- Опять пьяные мужики заваливаются? – Феликс ухмыльнулся. – Ну ладно, иди открывай. Ещё увидимся, Даниэла. – с этими словами он закрыл окно и скрылся в своей квартире.
Ко мне в гости зашла Ирма. Я была рада, что она так вовремя появилась и спасла меня от беседы с Феликсом на балконе. Потому что вся эта ситуация была крайне неловкой и странной.
Увидев подругу я в очередной раз удивилась её способности всегда выглядеть сногсшибательно. На улице стояла тридцатиградусная жара, а макияж Ирмы выглядел абсолютно свежим: тушь не подтекла и обрамляла большие голубые глаза, тональник не скатался, лицо не блестело, легкий блеск подчеркивал её пухлые губы. А её волосы! Ох. Идеальные локоны… они всегда были прекрасно уложены: и в жару, и в холод и даже в дождь!