На соседнем балконе стоял Феликс. Я совсем забыла о своём соседе, пока сидела в квартире наедине со своими мыслями несколько дней подряд.
Парень был в тёмно-синих джинсах и на этот раз (слава небесам!) на нём была футболка. Чёрная поло обтягивала его торс и бицепсы. Да уж, видимо, что в одежде, что без неё от рельефов этого парня сложно оторвать взгляд.
Я открыла окно, которое выходило на сторону балкона Феликса:
-Ты хочешь поменять окна у меня на балконе?
-Привет, недохудожница, - он тоже подошёл ближе, - Нет, не хочу. Это ведь снова была просто бумажка.
-Недо-что?! – возмутилась я, - С чего это я «недо»?
-Ну разве художники бросают своё творение на несколько дней на балконе? – Феликс кивнул в сторону мольберта с холстом.
-Знаешь, иногда у художников случается творческий кризис.
-А у тебя есть законченные работы? – он так пристально и не отрываясь смотрел на меня, что мне даже стало неловко.
-Ну, да-а. А что?
-Покажешь? Мне было бы интересно посмотреть, что ты обычно рисуешь.
- Эм. Может быть, но, когда? – я не знала, что означает его предложение. Хочет ли он посмотреть на мои картины, войдя ко мне в квартиру или мне следует просто выслать ему фото в телеграмм. - Завтра днём я буду занята, а…
-Сейчас. – ответил он, не дав мне даже договорить.
Что?! В смысле сейчас? Он хочет прийти ко мне в гости прямо сейчас и посмотреть мои картины?
- Так что? – позвал Феликс, - Пустишь меня на персональную выставку?
Мне было крайне неловко приводить парня, которого я почти не знала к себе домой. И что мы будем делать? Разглядывать картины? Идея меня пугала, но я вспомнила, как перед переездом давала маме обещание завести друзей и стараться выйти из зоны комфорта. А пустить Феликса к себе в квартиру было явно вне моей зоны комфорта. В конце концов, не убьет же он меня?
- Ну, хорошо. Заходи, - я не могла поверить, что пошла на такое. Я не приводила к себе парней, даже когда жила в родительском доме. Но почему-то Феликс не казался мне опасным. Скрытым, загадочным – да. Но только не опасным.
Когда я открыла дверь, обнаружила не только стоявшего за ней соседа, но и бутылку вина в его руках.
- А это ещё что? – кивнула я на белое полусладкое «Вольфберже».
- Ну-у, знаешь, чтобы всё было как во всяких романтичных фильмах и книгах, когда парень с девушкой стоят с бокалом вина и смотрят на ночной мегаполис. Так и мы будем с бокалами вина смотреть на твои шедевры. – Феликс мечтательно закатил глаза.
Я невольно улыбнулась. Понимаю, что он говорит с сарказмом, просто шутит… Но почему-то мне это показалось милым жестом внимания.
- Спасибо, конечно, - ответила я, - Но так уж вышло, что я не пью.
- Так я тоже не пью. Тем более, какой смысл пить с непьющим человеком? Это не интересно.
- Тогда к чему вино? – я не могла уловить ход его мыслей.
- Просто. Для атмосферы. Так что, может уже пустишь меня? Или в вашем заведении пробковый сбор? – Феликс улыбнулся одним уголком рта. Он не выглядел плохим парнем, но что-то меня в нём беспокоило. Я будто чувствовала, что он тоже напряжён.
Когда мы зашли в квартиру, я достала пару бокалов (мама зачем-то даже их купила к моему переезду), а Феликс начал разливать вино.
- У меня тут не все картины. Большинство я оставила в доме родителей. Забрала только те, которые много для меня значат.
- А что может для художника значить картина? – Феликс вдохнул аромат вина из своего бокала, но пить не стал. – Я не большой спец в этом. Можешь мне объяснить?
- Ну, например, когда внутри тебя бушует куча эмоций и ты хочешь выплеснуть их на холст, - я посмотрела ему в глаза и продолжила, - Или, когда ты видишь что-то такое, что сильно-сильно хочешь запечатлеть или подобрать именно тот цвет, который видишь вживую. Бывает, тебе кажется, что такие цвета может воссоздать только сама природа.
Я двинулась из кухни в сторону комнаты. Проходя по коридору я стала показывать картины, они стояли вдоль стены на полу, потому что больше их здесь пристроить было негде. Надеюсь, это только пока. Феликс шёл за мной следом.
Я показала несколько своих первых работ, которые я писала буквально взахлёб, потому что была еще мала и впечатлительна. Тогда меня мог заинтересовать даже окрас колорадского жука. Потом пошли картины, написанные в старшей школе. Сначала яркие, контрастные и жизнерадостные… А затем одна из моих недавних работ. Мрачная и безжизненная. Как и тот период моей жизни, когда я писала её.
- А это что? – спросил Феликс, - Она совсем не вписывается в ряд предыдущих твоих работ. – парень смотрел на меня с интересом. Я видела, он правда хотел понять и узнать, что именно было у меня на душе в тот момент. И, должна признать, это было чертовски приятно. Раньше в моей жизни было только два мужчины, которые интересовались моим творчеством – отец и Том.