ЛЮБИМЫЙ ГДЕ-ТО БЛИЗКО
Сидели в «Арагви». Из трех ментов за столом одна только Трехдюймовочка была в форме. Чтобы не сверкать погонами, она прикрыла плечи Люськиным платком. Кудинкин подливал старшему лейтенанту коньяку и пил с ним вровень, помня старинную примету всех служивых: кто не пьет, тот стучит. Первую бутылку они уже оприходовали и, как говорят химики, набрали буферность. Вторую пили, не замечая.
— Немотивированное применение газового оружия. Что это, по-вашему, если не хулиганство?! — талдычил старший лейтенант. Лидия так и не запомнила его фамилию. При знакомстве он представился Саней.
— Он же ударил ее! Дверцей машины! — вклинилась в разговор Лидия. Менты посмотрели на нее как на младенца неразумного.
— Ну, ударил. Но после этого-то собрался уезжать, значит, ее жизни и здоровью ничего не угрожало. А она палить начала, — пояснил Саня. При этом физиономия у него была такая, как будто Саня одолжил ее на время у знакомого идиота.
— Кы-кы… Казуистика, — с пьяной старательностью выговорила Люська. Она гуляла последний нонешний денечек на свободе. Трехдюймовочка присмотрелась к гуляке и отодвинула от нее полупустую литровку «Чинзано».
— Закусывай, шпана, — сказала Трехдюймовочка. — Сациви тебе подложить?
Трехдюймовка тоже оскоромилась и коньячком, и «Чинзано». Абсолютно трезвой в этом бардаке была только Лидия. Она пыталась разобраться в том, что произошло, и ничего у нее не получалось. А самое главное, было совершенно непонятно, что теперь делать.
Вчера Вадим звонил в офис, попал на Виталика и требовал в обмен на Ивашникова Лидию и десять тысяч долларов. Во всяком случае, так рассказывала Люська с Виталиковых слов. Сам Виталик шатался неизвестно где. Хозяйка, у которой он снимал комнату, сказала по телефону, что ночевать он ночевал, но с утра пораньше, еще затемно, уехал из дому. Отметим это как вторую Виталикову странность. А первая — то, что Виталик не заявил на Вадима в милицию и вообще ничего не предпринял. Только Люське рассказал о звонке Вадима, и то ночью по телефону, когда Люська уже побывала в милиции. С другой стороны, что такого ценного для следствия мог сообщить Виталик? Что позвонил какой-то мужик, потребовал выкуп, не назвался и места встречи не назначил? Люська — другое дело. Люська слышала, как Лидия называла Вадима по имени, и запомнила номер его машины. Вот Люська все это и написала в милиции. А когда Виталик ей рассказал, что Вадим украл не только Лидию, но и босса, Люська поахала и с чистой совестью отправилась спать. Потому что была уверена, что Вадима и так уже разыскивают. Ну а о том, что Вадим сидел в милиции, Люська узнала только сегодня, когда его уже отпустили, а Виталик не знал вообще. Ладно, пока оставим Виталика. Объявится — разберемся.
Теперь Вадим. Честно признаться, Лидия не особенно верила в то, что он украл Ивашникова. Наврать Виталику он мог что угодно, такое за ним водилось. Но когда Виталик потребовал у него в доказательство фотокарточку Ивашникова, Вадим понес какую-то ахинею, непонятную ни Виталику, ни тем более Лидии, с чужих-то слов. А позже, при Лидии, Вадим ни словом не намекнул, что Ивашников у него в руках. А ведь чувствовал себя хозяином положения и над Колькой издевался: «Ну что, помогли ему миллионы?! Сколько он тебе платил за каждую палку?!» Насколько Лидия знала Вадима, он должен был проболтаться. Так что вряд ли Вадим замешан в Колькином похищении. Но вел он себя тоже странно. Ведь знал, что Лидия попытается бежать, как только придет в себя, и все-таки ушел из дому. Поснимал ручки с окон и дверей и ушел. Значит, ему было очень нужно. Милиция взяла Вадима в гараже у Гусейна. Раньше он мог по два дня не ходить на работу просто потому, что не хотелось, а тут вдруг бросил все и побежал. Приспичило ему. Может быть, все-таки Вадим похитил Ивашникова и прячет его в гараже?!
Лидия оглядела свою компанию. У Люськи разъезжались глаза, но Люська и не была ей нужна. Трехдюймовочка держалась молодцом, а она, считай, полтора мужика. Вот Кудинкин поплыл, у него масса тела маловата для солидной выпивки. Жалко. Кудинкин — оперативник с десятилетним стажем, вон, в летящих котов попадает навскидку.
— Ну что вы от меня-то хотите?! — оправдывался крепко подвыпивший Саня. — Вчера вечером его передают мне, по месту совершения преступления, так? С утра я вызываю следователя, а к этому мордовороту пришел адвокат, уже сидит дожидается, так? И адвокат следователю излагает линию защиты. Потерпевшая состояла с ним в сожительстве, так?