Игорь залился добротной свекольной краской. О возрасте крупных и зрелых мужчин обычно не думаешь, но сейчас Лидии бросилось в глаза, что ему лет двадцать шесть, не больше.
Тут Люське пришло в голову что-то важное. Стрельнув глазами на Лидию, она достала из стола газету с отчеркнутой маркером статьей.
— «Голубой экспресс». Дрянь, конечно, газетка, но тираж под полмиллиона. Почитайте, здесь про Николая Ильича.
Статья называлась «Коробейник». С подзаголовком «Коммерческий талант студента-недоучки».
Ничего хорошего для Ивашникова такое название не обещало. Лидия стала читать и от досады впилась ногтями в ладонь. Можно было подумать, что писал какой-то личный биограф Ивашникова. Он знал, что Колька ушел с третьего курса медицинского института (о таких пустячках, как диплом педагогического и Колькина диссертация, в статье не упоминалось), что строил коттеджи, торговал спиртным и ножками Буша, однажды разорялся дотла, а сейчас разводится с женой. Все эти сведения выдавались таким обличительным тоном, что казалось, журналист вот-вот добавит: «А по утрам он для разминки бьет старушек». Лидия взглянула на подпись — «П. Натальин». Стиль выдавал чрезвычайно стервозную бабу. «Коробейник непотопляем, — заканчивалась статья, — коробейник вездесущ. Он берется кормить нас, одевать и обувать. Он берется строить нам жилье. Таланты его разнообразны, как у домашней утки, которая ходит, плавает, летает, но ничего из этого не делает хорошо. Теперь он взялся покупать компьютеры для наших детей. Он, пожалуй, накупит. Ждите».
— Вот на что обратите внимание. — Люська отчеркнула маркером абзац в середине и добавила, показывая, что знает больше, чем говорит: — Это наша самая большая сделка за последние полгода.
«Почему же известные фирмы не выдержали конкуренции с фирмой «Ивашников», мягко говоря, новичком на компьютерном рынке? Почему спасовали и такие сравнительно молодые фирмы, как, например, «Х-файл» и «Макрос», одни только названия которых уже говорят о том, что они пришли именно на компьютерный рынок, пришли всерьез и надолго? Каким образом обошел их коробейник, «скромно» назвавший свою лавочку собственным именем? Да по известной формуле: числом поболе, ценой подешевле».
Люська оттащила Лидию в сторону и шепнула:
— Не говорите ему, сколько я зарабатываю, а то еще комплексовать будет.
Было ясно, что секретарша уже имеет на Игоря далеко идущие планы.
— Что за «Хэ-файл»? И что такое макрос? — отложив газету, спросил Игорь.
— Да не «Хэ», а «Икс»! Читается: «Икс-файл». А макрос — макрокоманда в компьютере. Не бери в голову. — Люська сняла закипевший чайник и загромыхала чашками. — Ты прикинь: на конкурсе в мэрии был десяток фирм, а здесь названы две не самые крупные.
Оперативник, потянувшийся было к чашке, описал рукой дугу и запустил пятерню в затылок.
— Хотят переиграть конкурс и для этого заказали статью?
Люська закивала так, что ее зеленый парик пошел волнами.
— И не только статью. Сделка на три миллиона долларов, прибыль — минимум полмиллиона, и никакого риска: платит московское правительство. За такие деньги можно и человека украсть. Ты на дату посмотри: газетка-то позавчерашняя. Николай Ильич пропал, и на следующий же день начинают делить его контракт.
Лидия давно все поняла, и не потому, что смыслила в бизнесе больше милиционера. Просто уже был случай с «Поларисом», был случай с Виталиком, который улетел не спросившись во Владивосток, хотя она прекрасно помнила, что Колька, обсуждая с ним компьютерную сделку, говорил о Сингапуре и Малайзии, но только не о Владивостоке. Хозяина нет, и должники не платят, а служащие потихоньку нарушают приказы. А вокруг уже шастают воры… «Х-файл» и «Макрос». Названия фирм казались знакомыми. «Макрос», он и есть макрос, Лидия зрительно помнила строчку в компьютерном меню. А «Х-файл» — название телесериала, которое у нас переводят как «Секретные материалы». Точнее, «Х-файлы», по-английски «Х-files»… И тут она вспомнила: вчерашняя ночь, режущий свет прожектора, плотная фигура в кожаной куртке, стоящая, подняв руки, под дулом автомата. Она поднимает выпавший у плотного бумажник, и оттуда сыплются визитные карточки: «Х-file, компьютеры и периферия»… А фамилия у плотного зоологическая: Кабан. Или нет, Бирюк.
— Люсьена, — сказала Лидия оживленно курлыкавшей с ментом секретарше, — а распечатай-ка ты мне данные на Бирюка из «Х-файла». Знаешь такого?