Фээсбэшник неодобрительно нахмурившись, кивнул.
– Мы пропустили момент, когда потеряшки появились на плато. В это время мы с Валентином Владимировичем и Павлом Петровичем осматривали палатку моазовцев. Рыбин хотел посмотреть на быт американцев, на то, как они устроились. В время осмотра прибежал прапорщик Симаков, сообщил, что на плато собирается толпа. Омомновцы в какой-то момент подумали, что это мои пропавшие коллеги…
– Матвей Сергеевич! – Сенцов предупреждающе поднял палец.
– Да-да, понимаю. Короче, это были потеряшки.
– Что?! – Подполковник Сумороков резко обернулся, но фээсбэшник взмахом руки остановил его.
– Дальше, – предложил он Матвею продолжать. – Только короче. Пожалуйста.
– Прибывшие выстроились в несколько шеренг, – Мальков несколько раз покачал ладонью перед собой, тем самым обозначая шеренги, – на мой взгляд их было около десяти…
– Десяти? – Не выдержал фээсбэшник. – Десяти шеренг, я правильно вас понимаю?
– Арбалетовец молча кивнул.
– Сколько же там вообще их было?
– Много, создавалось впечатление, что бомжи со всего края собрались. Я думаю, тысячи две точно пришли. Может больше, никто не считал, не до этого было. Исхожу из расчета – в шеренге их было приблизительно человек сто, может сто пятьдесят. Если допустить, что шеренг было десять, то нетрудно умножить и получить результат.
– Убедили. Излагайте дальше! – Потребовал Сумороков.
– Мы тоже выстроились, Валентин Владимирович хотел, – Матвей думал рассказать об интересе Рыбина к «фестивалю», но вовремя спохватился. – Он сказал, нам чтобы то ни стало, необходимо сохранить имущество МОАЗ. Мы и так облажались с гибелью их сотрудников, чтобы страну не обвинили в сокрытии улик, нужно было не допустить еще и потерю лагеря.
– Правильно, – кивнул Сенцов. – Грамотное решение.
– Но при этом он запретил Симакову применять оружие по толпе! – Выпалил Мальков.
– И это тоже правильно, – согласился Сумороков. – Стрельбу по мирным гражданам ничто не оправдает, Запад потом нам все мозги вынесет.
– Матвей Сергеевич, время! – Фээсбэшник поднялся. – Олег Дмитриевич, извини, нам нужно ехать.
– Да-да, а я сейчас к Илье поеду, нужно соседа поддержать. Поговорим, может я из своего кадрового резерва ему кое-кого подброшу.
Глава 16
Палата, куда определили Валентина Владимировича, располагалась на девятом, предпоследнем этаже, это был настоящий гостиничный номер класса люкс, дополненный всевозможным и самым современным медицинским оборудованием. Большая зала, площадью не менее сорока пяти метров, широкая кровать, рядом две стойки со светящимися дисплеями приборами, над головой, на многошарнирном подвесе, планшет управления «умным домом». На стене, напротив кровати, большой плоский телевизор, чуть левее приставка, соединяющая телевизор с интернетом и множеством других каналов информации. Слева от кровати были два больших окна забранных тяжелыми шторами и дверь на балкон. Справа от кровати разместился большой стол-тумбочка с фруктами в огромной вазе, за ним двухкамерный холодильник в углу. На правой стене Матвей увидел две двери, вероятнее всего одна вела в туалет, вторая… Да черт его знает, куда вела вторая, Малькову, своих загадок хватало, чтобы думать какие помещения примыкают к палате вице-губернатора.
– О, наш герой прибыл! – Воскликнул Рыбин, едва увидел входящего Матвея и сопровождающего его Сенцова. – Да еще с охраной!
– Валентин Владимирович, зачем вы так, какая охрана, – изобразил смущение Павел Петрович. – Просто подвез по пути, а затем, пользуясь случаем, вас зашел проведать.
Рыбин криво усмехнулся.
– Знаю я вашу заботу. Ладно, спасибо, что спасителя моего привез! А то я, прихожу в себя, спрашиваю, где парень, москвич, что меня спас, и никто не знает. Звоню своим, они сообщают, что вместо награды, парня в казематах ваших держат…
– Валентин Владимирович…
– Что Валентин Владимирович, я уже пятьдесят пять лет, Валентин Владимирович, но такого скотского отношения к человеку, не видел! За что, спрашивается, в камеру засунули? Ну, спал человек на лавочке, что с того? Обязательно задерживать надо? – Брови вице-губернатора нависли над колючими карими глазами – Ладно, спасибо, что привез Матвея, а сейчас ступай, мне с ним поговорить нужно! Или он все еще под арестом у вас? – Брови Рыбина вновь стали приближаться к носу.