Размышления прервал дикий визг, от которого мгновенно по коже побежали мурашки. Так кричат не от испуга, это крик существа испытующего невыносимую, запредельную боль! Еще один! И тут же еще! Кричали сразу несколько человек, и во всех воплях слышались нестерпимые страдания!
Матвею стало страшно, он мог поклясться, такого он никогда не слышал! По коже поползли мурашки, казалось, что все волосы, что у него были, встали дыбом! Ноги приросли к полу, там гибли люди, нужно было спешить на помощь, но Мальков был не в силах сделать и шага!
Из неподвижности его вывел жалобный визг могучей овчарки. Пес пронзительно вскликнул и тут же замолчал! Что странно, не крики и стоны людей, а прощание с жизнью собаки, вывели Матвея из стопора.
Да что же там твориться?
Не сознавая, что делает, Матвей пулей вылетел из «вируса», быстро повернулся к северной части плато. В глубине души, он опасался, что вновь увидит перекошенные рожи сорвавшихся безумцев, но нет, никого из потеряшек на плато не наблюдалось.
Вновь по ушам ударил жуткий визг, переходящий в вой. Мальков обернулся к «фестивалю» и первое, что он увидел, была взлетающая в воздух Лариса! Ее будто пушечным ядром в грудь ударило! Синее платье обвило женщину как пеленка младенца, ее тело, пролетев несколько метров, с хорошо различимым гулким стуком ударившись о высокий борт КАМАЗа, плавно скользнуло в траву.
В то же мгновение рядом с ней с ревом, переходящим в вой в воздух вознесся один из телохранителей. Матвею показалось, что это тот, кого звали Эдик. Еще в полете парня начало скручивать, пиджак на спине лопнул, затем тело рухнуло в густую траву. Растительность скрыла происходящее, но мелко дрожащая трава сигнализировала об ужасной агонии несчастного.
– А-аа! – Зрелище гибели напарника шокировала второго телохранителя. С диким воплем и безумием в глазах, Дмитрий понесся прямо на замершего в ступоре Матвея. Застигнутый врасплох происходящим, он так и остался стоять одной ногой на земле, другой еще в станции.
– А-аа-ак!! – Крик телохранителя захлебнулся, его словно кеглю сбило ударом спину. Дмитрия, как и его товарища, стало корежить еще в полете, но теперь все происходило метрах в двадцати от Матвея, и он явственно видел, как парня скрутило и вытянуло одновременно! Будто кто-то огромный и невидимый выжимает простыню после стирки! Тело еще летело, когда глаза несчастного, не выдержав страшного внутреннего давления, вылетели из орбит! Следом из опустевших глазниц брызнули струи из смеси мозгов и крови, труп выгнуло дугой, из разинутого рта полезли внутренности…
Гибель несчастного телохранителя была настолько ужасающей в своей нереальности, что Матвей не выдержал и, не понимая, что делает, рванулся вперед. Ему удалось сделать всего полтора шага, когда сильнейший удар в грудь отшвырнул назад, спиной вперед он влетел в салон «вируса» и растянулся на рубчатом резиновом коврике, покрывавшем пол радара.
В сознании мелькнула картина падающих людей, гибнущей в полете сочинской чиновницы, струи крови из глазниц Дмитрия, а вслед за этим пришло понимание, сейчас все это произойдет с ним!
Мгновенно все тело покрылось липкой влагой, Мальков, как мог, вжался в толстую резину на полу. Этого ему показалось недостаточным, не дождавшись появления невидимых убийц, Матвей инстинктивно пополз вглубь салона. Рванул ручку задней двери, она по обыкновению оказалась запертой. Тогда Матвей, не поднимаясь, отщелкнул кнопку блокировки, толкнул дверь. Поддалась! Стараясь не шуметь, Мальков сполз на траву, что разрослась за задком «газели» радара и, не понимаясь, быстро пополз от места трагедии. Но долго ползти самообладания не хватило, ему казалось, что смерть уже за спиной, что она вот-вот коснется дотянется до него!
Последняя мысль, лишила Матвея последних крох самообладания, что-то холодное настолько сильно сжало колотящееся с бешеной частотой сердце, что в голове забил барабан, и его грохот разносится по всему плато! В глазах потемнело, все вокруг казалось серым и холодным. Помутившееся сознание то и дело рисовало видение кровавой кометой вылетающих глаз, отчего тело непрерывно сотрясала мелкая дрожь.