– Вот здесь останавливайте, – попросил Мальков, едва ПАЗ с традиционной полицейской раскраской, на котором они ехали, забрался на плато. Несмотря на некомфортные условия, Матвей проспал всю дорогу, проснувшись только перед самым подъемом. От недосыпа и переживаний голова раскалывалась, но, когда он представлял те мучения, что пришлось испытать тем, кому не повезло, собственная немочь отступала на второй план. – Не надо ехать дальше, тут везде тела могут быть.
Лабунец спорить не стал. Кивнув водителю, произнес.
– Здесь, так здесь.
Первым из автобуса вышел прапорщик Симаков, за ним омоновцы, в полной выкладке. Бронежилеты повышенной защиты, шлемы-сферы, а главное новенькие АК-412 под усиленный патрон калибра 7,62 впечатляли и должны были вселять надежду.
Но не вселяли, грешным делом, Матвею вспомнился старый, восьмидесятых годов прошлого века, фильм «Чужие», тогда еще в Голливуде умели снимать хорошие ленты. По сюжету, главная героиня Элен Рипли, после встречи с неизвестным инопланетным организмом чудом избежала гибели и попала в анабиоз. Проспав с полусотню лет, еще одним чудом спасенная из заблудившегося челнока, эта безмозглая бабуля сдуру поддалась уговорам и решила вернуться, наказать обидчиков и уничтожить злодейский организм. Решила, что раз ее будет защищать вооружённый до зубов взвод космического десанта, то она там всех покрошит. Настолько наивен Матвей не был, он не хотел возвращаться на плато и ему вовсе не верилось, что пули и бронежилеты помогут от невидимых убийц, но кто его спрашивал?
– Выходите, Мальков! – Приказал присматривающий за ним майор Лабунец. – Показывайте и рассказывайте, что здесь, по вашему мнению, произошло.
Арбалетовец, поежившись вышел. Знал бы кто, как ему не хотелось этого делать? Но что теперь, упираться и позориться? Наденут наручники и все равно изучать плато начнут. И что они нароют, трудно предсказать. Нет, раз приехали, нужно работать, может и хорошо, что он вернулся, так хоть проследит, чтобы «фестиваль» не включали.
– Пойдемте, – кивнул Матвей. – Тут все рядом.
Водитель, слышавший о гибели коллег, тоже не усидел в полицейском бело-синем ПАЗе и присоединился к ним.
– Начинайте прямо отсюда! – Приказал Павел Петрович.
Измученный и голодный Мальков, кочевряжиться не стал, выйдя вперед, показал на полицейскую «газель» и внедорожник Куницина.
– Ну, это ваши, это и так ясно. Там еще мотоцикл стоит, трава загораживает и отсюда его не видно. – Начал Мальков. – Когда все началось, почти все ваши стояли возле автомобилей, видите, вон там. А там, где палатки стоят, это лагерь строителей. Вон стол видно отсюда, край его. Заметили?
– Да.
– В палатках… в одной палатке и за ними, там дальше, находятся тела… первой волны погибших. Строители и американцы, я вам рассказывал…
– Да, помню, продолжайте.
– Вон там, почти в самом центре плато КАМАЗ видите? Это автомобиль МОАЗ. Впрочем, здесь все принадлежит МОАЗ, но эту машину пригнали непосредственно американцы, все остальное было здесь раньше. На КАМАЗе установлен геолокатор нового типа, он повышенной мощности и оснащен искусственным интеллектом. Это и есть тот самый «фестиваль», о котором я вам рассказывал. Думаю, что рядом с ним вы найдете еще несколько тел. Но это уже вчерашние. Ваш мэр, как я подозреваю, остался там, внутри аппаратной. А вон там, на краю плато, его вертолет. В нем еще пилот сидел…
– Понятно. А ваш локатор, как я понял, вон тот грибок? – Лабунец показал рукой в сторону стоявшей дальше всех «газели» с наростом «вируса» на крыше. Отсюда он действительно казался шляпкой гриба на толстой ножке.
– Вы правы, это мой… наш «вирус». Его купила МОАЗ для охраны объекта.
– Не охранил. – Констатировал стоявший рядом командир омоновцев, прапорщик Симаков. – Ну, что Петрович, может пойдем, посмотрим, что там с ребятами?
– Да, пойдемте.
Мальков, полагавший, что все погибшие вчера сотрудники райотдела собрались у машин, оказался прав. Они там и лежали, кто в форме, кто в гражданском. Даже иссушенный труп овчарки присутствовал.
– Мать моя женщина! – Не выдержал один из омоновцев. – Если бы не собака, ни за что бы не поверил, что это наши! Я же их почти всех вчера живыми видел! Кто же мог их так…
– Ох и ни хрена себе! Такого не бывает! – Громко возразил другой омоновец. – Рыба и та дольше сохнет! Ты когда-нибудь вялил рыбу? Нет? А я вялил…