В тот же вечер я предпринял свое первое плавание в каяке. Поблизости я присмотрел себе подходящей величины прудок для упражнений. В начале все шло превосходно. Но мои товарищи, строившие неподалеку гурий, высказывали громко что-то очень мало похожее на восхищение.
Я беспечно обернулся, чтобы сообщить им, что у меня, очевидно, гениальные данные для плавания в каяке, — но тут и я и каяк перевернулись! Было так мелко, что я достал до дна рукой, но каяк был полон воды, а я промок до костей. Товарищам пришлось вытаскивать меня па берег, и я пошел в палатку сменить одежду далеко не в триумфальном шествии!
На следующее утро мы вместе со шлюпкой отправились на запад. Ветер был попутный, так что нам не приходилось грести. Анана, не отличавшаяся геройским поведением на море, предпочла идти берегом. Сова плыл в своем каяке.
Теперь Каа-аак-ка был в полном летнем наряде. Пестрый ковер из разноцветных цветов покрывал все пригорки. Однако, лед снова подошел к берегу и остановил дальнейшее продвижение шлюпки. В результате лейтенант и Хансен составили мне компанию на все время моего здесь пребывания. Эскимосы с успехом охотились; между прочим однажды они вернулись домой с целыми 13 гусями, которых убили камнями.
11 августа я кончил все свои станции, простился с товарищами, которых все еще задерживал лед, и направился к Огчьокту. 10 миль были пройдены на гребной лодке в 3 часа, что было прекрасным достижением, так как мы были сильно нагружены и по временам нам мешал лед.
На судне нас чрезвычайно тепло встретили, быть может оттого, что мы привезли с собой отличный провиант в виде оленьего мяса и гусей.
В гавани Йоа теперь стало тихо. Все эскимосы покинули нас, и в первый раз за долгое время мы были одни. Лето в этих широтах не очень-то надежно. 16 августа начались дождь и слякоть, так что в каюте было только 3° С и нам пришлось затопить печи.
Из пустых керосиновых бочонков Лунд и Хансен выстроили собакам первоклассный отель. Им здесь будет значительно лучше, чем в старом снежном доме. Они лежали все вместе на привязи на песке и ужасно скучали. Через несколько дней безделье и мне пришлось не по вкусу, и я решил выполнить давно задуманный план. Заметив, как мне казалось, некоторое несоответствие в своих наблюдениях вдоль берега Боотии Феликс этой весной, я решил установить еще одну станцию, как можно дальше к северу, сколько можно будет пройти по восточному берегу Земли короля Уильяма. Мне хотелось еще теперь оставить склад для санного похода осенью — именно теперь, пока еще была открытая вода. Бывшие в моем распоряжении средства для передвижения были не слишком пригодны для более далекого морского путешествия, но если держаться у самого берега, то можно будет справиться. Я выбрал один из наших яликов, которому Лунд в начале лета приладил киль.
Состояние льдов, однако, никуда не годилось. Лед плотно лежал до мыса фон Бецольда, и пока он не уйдет отсюда, не могло быть и речи о том, чтобы пускаться в путь. Все же 20 августа мне надоело ждать, и я отправился в сопровождении одного Талурнакто попробовать, не удастся ли нам пройти вокруг мыса и поплыть дальше. При безветрии нам приходилось грести, но дело шло не блестяще. Талурнакто совершенно не привык грести двумя веслами и никак не мог попасть в такт, — постоянно он задевал за мои весла и портил все дело. Плоскодонка сразу поворачивалась кругом и направлялась носом к дому. С судна следили за нашими удивительными маневрами и ждали, что мы скоро вернемся обратно. Но вдруг Талурнакто, по-видимому, постиг тайны такта и стал грести молодцом. Он сидел на передней банке, а я на задней. Дело пошло у нас быстро, и скоро мы были у мыса Бецольда. Здесь, однако, лед был совершенно непроходим, да и дальше к востоку вдоль берега. Поэтому мы выгрузили свой груз на берег, втащили лодку и, перевернув ее, положили поверх груза; сами же пешком отправились обратно.
Потянулись длинные и скучные дни. Ежедневно я ходил к мысу смотреть на состояние льда, но только 29 августа при сильном ветре с берега он отошел, и мы смогли продолжать путь. Дул свежий бриз с севера с сильной волной за бухтой Шватка. Чтобы выйти дальше в море, прежде чем держать курс на мыс Абруццкого, мы должны были некоторое время грести против ветра вдоль берега.