– Я думал, что Тевсьер оставил вас в троянском краю; а если бы знал, что вы явитесь за ним следом, клянусь, не заставлял бы его покидать родные края, ибо он и костей Аяксовых не вернул домой.
И он говорил с дамой мягко и рассудительно, усердствуя ее утешить, ибо сам, по его словам, ныне вкусил такое утешение, какого уже не ждал.
13. Как Тевсьер пришел в храм Венеры и что там было
В тех краях был чтимый храм богини Венеры, куда сходились люди со всей округи; там всегда были большие толпы, и все окрестные сеньоры посвящали храму богатые дары, ибо люди там были набожные. Тевсьер завернул туда, имея в мыслях спросить богиню, как ему быть, ибо сильно был встревожен сделанными ему предсказаниями. Он подивился тому, как пространен и пышно украшен храм и какое тут многолюдство, и остановился разглядеть медные двери, на которых были с великой искусностью изображены жестокие битвы под стенами Трои. Он увидел тут Ахилла, как он бьется с троянцами в Тимбрейской роще и уже падает наземь; увидел Аякса – он мчится в бой, а доспеха на нем нет; увидел Филемениса Заморского, как он увозит тело Пантесилеи на родину и у его коней острижены гривы; увидел и себя самого. Приметил он там и Диомеда, как он выходит в бой против целого полка и вид у него такой, будто ему досадно сражаться с такой горсткой народу. Тевсьер не удержался и промолвил:
– Будь Диомед таким удальцом и с такими руками, не сидел бы сейчас в Коринфе, дожидаясь, когда жена откроет перед ним ворота.
Это услышал храмовый сторож и со всех ног побежал во Вдовий Замок. Надобно сказать, что среди прочих была весьма привержена этому храму одна дама, владевшая замком поблизости, сильным и высоким; муж ее погиб на охоте, так что ее называли Вдовой, а замок ее – Вдовьим Замком. Эти двери для храма сделала она, войдя в большие издержки, и люди издалека приходили на них поглядеть. Сторож встретил у замковых ворот дворецкого этой дамы, по имени Динас, и объявил ему, что пришел к ним в храм человек, знакомый с теми сеньорами, что бились под Троей, и чаятельно слышавший от них многое о тогдашней войне, они ведь люди словоохотливые, так, может, не худо бы его принять как полагается и выспросить, что ему ведомо. Динас счел это дело достойным заботы и, нимало не медля, отправился к владелице замка. Он нашел ее в большой зале за беседою с избранными рыцарями, у которых спрашивала она новости, обратил к ней речи и сказал так:
– Госпожа моя, пришел в наш храм человек, бывший под стенами Трои во время ее осады, видевший и слышавший все, что там делалось и говорилось, так что его память – самая драгоценная сокровищница всего достопамятного, что совершалось на нашем веку; и я не думаю, что он задержится здесь надолго, но помолится богине и пойдет своим путем, и если мы упустим его уход, сильно о том пожалеем.
Слыша такие речи, дама велела Динасу, не проронив времени, отыскать этого человека и любезно просить, чтобы явился к ней в замок, ибо-де его владелица смотрит на странников как на посланников Божьих и усердствует, сколько можно, утолить их нужды.
14. Как Тевсьер отобедал во Вдовьем Замке и как беседовал с его владелицей
Тевсьер между тем осмотрел все, что там было, прилежно помолился и думал уже уходить, как вдруг идет ему навстречу Динас с несколькими рыцарями, приветствует с отменной учтивостью и просит такой милости, чтобы он пошел с ними в соседний замок, ибо-де его владелица приглашает его отобедать. Тевсьер благодарил и отвечал, что охотно пойдет. Когда подошли они к замку, то, видя его палисады и огромные рвы, высокие стены с бретешами и крепкие башни, Тевсьер сказал, что счастливы те, кто живет в этом замке: ничем его не одолеть, кроме измены. Когда они входили в ворота, в них застрял воз с сеном, въезжавший в замок, и сбежавшиеся люди никак не могли его оттащить; Тевсьер поглядел и сказал: «Но можно и так». В замке его усадили обедать вместе с другими рыцарями и прекрасно ему услужали. А как о нем уже разошлись слухи, за трапезой кто-то спросил, был ли он под Троей и видел ли, как она была взята. Поодаль от Тевсьера поставили блюдо с паштетом из дичи. Тевсьер сказал, что сначала они разбили свой лагерь так далеко от троянских стен, как от него вон тот паштет, но потом (и он знаком попросил его подвинуть, и люди, ждущие его рассказа, живо это сделали) благодаря своей доблести и воинскому искусству они подступали к городу все ближе, а потом набросились на него (и тут он насел за паштет) и давай уничтожать все, что в нем было, с четырех концов, пока от города мало что осталось; примерно так все и вышло, а кто скажет, что было иначе, соврет. Под конец обеда Динас сказал ему, что их госпожа просит его не уходить, не побеседовав с нею, ибо ей хочется спросить его о разных вещах, Тевсьер отвечал, пусть не беспокоятся: он не уйдет, пока она не позволит. Его отвели к даме; она сидела в кресле, обитом шелковой тканью, под великолепным тафтяным навесом. Тевсьер учтиво ее приветствовал, а она обратилась к нему и сказала так: