Об этом я не подумала. Мне не приходило в голову, что им это может показаться чудесным. Факел и Сердолик знали лишь озеро лавы и духов, или плавящийся камень и землю, которые не давали им вырваться наружу. Они ещё не поняли, что пласт кварца был тюрьмой. Может быть, он их надолго сделает счастливыми. Тогда мне не придётся мучиться из-за того, что я их туда посадила. В конце концов, они были всего лишь детьми, как и я. Они не были виноваты в том, что могли нести такие разрушения.
Наконец я начала плыть вверх через землю. Это было трудно. Я начала уставать. Вообще-то, я скорее взбиралась вверх, а не плыла, поскольку хватала силу из каждого камня, который мне попадался. Даже после того, как я зачерпнула силы из моего каменного алфавита, и из камней, которые я нашла по приходу сюда, я всё же была не такой сильной, как обычно. Заёмная магия или сохранённая магия никогда не сравнится с той, которая у тебя день за днём.
Я замедлилась, чтобы взглянуть на кластер солнечных камней. Почему их назвали солнечными? Едва ли они сияли — только блестели местами. Однако они таки были по большей части оранжевыми.
— «Эвумэймэй, у тебя кружится голова». — Голос Луво пролился на меня подобно ледяной воде. Голос вывел меня из прострации. Луво влил в меня свою силу, пока я тащилась к моему холодному, реальному телу.
— «Нет, я в порядке!» — Отворачивать от себя его силу — это было как пытаться пнуть слона.
— «Где ты была?» — поинтересовался Луво. — «Нория весьма довольна тем, как ты запугала Мэриэм, чтобы та помылась, но говорит, что тебе следовало остаться с ней».
— «Если бы я осталась с Мэриэм, то у Нори, возможно, были бы Факел и Сердолик, и пожирали бы дом». — Я открыла глаза, и села, оказавшись в безопасности своего тела. Луво прошёл пешком к пруду, чтобы найти меня. Я положила ладонь ему на спину. Быстрее было показать Луво случившееся, чем рассказывать ему словами. Я позволила ему увидеть всё, что видела я.
Долгое время он молчал. Я начала бояться, что разозлила его. Возможно, он думал о том, что это он мог оказаться заточённым в кварц под каньоном мёртвых деревьев. Затем он начал светиться, его кристаллы засияли. Из них полилось тепло. Оно было реальным, а также магическим. Скрип в моих суставах и туман в моей голове исчезли. Я почувствовала, будто могу разобрать Гору Грэйс по камешку.
— «Восхитительно, Эвумэймэй», — сказал мне Луво. — «Весьма великолепно. Перенаправить их с помощью пласта кварца — это изобретательно. Они прежде не знали кристалл. Целые, они бы уничтожили его. В виде маленьких частиц, они смогут насладиться его гранями, его устойчивостью к теплу. Они могут узнать, что это — перворождённый минерал лавы. Они, может быть, даже увидят, что кристаллы кварца — дети одного из их сородичей. Так или иначе, они захотят узнать весь этот пласт кристаллов».
— Жаль, что пласт не такой большой. — Я едва могла дышать. — Жаль, что он не идёт через весь остров. Больше всего я волнуюсь о том, что они каким-то образом достигнут конца кристаллов, и вырвутся оттуда.
Луво встал, и немного походил из стороны в сторону. Свечение плыло за ним подобно соединявшему нас шарфу, по-прежнему обволакивая меня его одобрением.
— У меня есть идея. — Он произнёс это вслух, а не в нашей магии. — Но на это уйдёт время. Не могла бы ты остаться, приглядеть за мной? Я достаточно рассердил мальчиков, что знаю — они всерьёз обдумывают бросить меня в воду.
— Пусть попробуют, — заверила я его.
Луво сел. Его одобрительное свечение пропало, но я всё ещё ощущала всё эту восхитительную теплоту. Я прижала её к себе. Чувствовала ли гора Луво себя так, когда он жил внутри неё? Он сказал, что гора была счастлива, без него, но я не могла поверить, что это действительно было так.
Я услышала чьё-то приближение. Это было один из мальчишек Нори.
— Пожалуйста, скажи иму, — мальчик указал на Луво, свернувшегося в пурпурно-зелёный комок, — что мы собрали все наши вещи, и поклали их в телегу, а потом мы помогли Нори и малышам, и мы носили то, что нам сказала Нори, всё — в тачку. Ели он спросит. Ели не спросит, то даже не говори ему, что мы живы. Если он нас забудет — здорово. Но мы сделали, как он велел. И Нори говорит, что если ты хочешь супа, то тебе надо идти, патамушта мы уежаем в полдень. — Он повернулся, чтобы уйти, затем оглянулся на меня: — Он с тобой такое проделывал? С этим звуком, и чтоб дом трясался?
Я кивнула, и попыталась не хихикнуть:
— Несколько раз.
— И ты всё ещё с им? Вы, маги — богом тронутые. Я мыслю убраться от него далеко, насколька моря хватит! — Он порысил обратно в дом.