Он хмуро посмотрел на меня:
— Почему ты такая услужливая? — Он ступил на каменную плиту, и снял висевшие у него на поясе сандалии.
Я забрала его обувь.
— Потому что я обнаружила, что ты не такой уж брюзга. Занятно, как иногда узнаёшь, насколько приличными бывают люди, когда всё идёт наперекосяк. — Я встала на колени, и развязала узелок на его шнурках. Когда я высвободила одну из сандалий, Мёрртайд опёрся рукой мне на плечо, и поднял ногу. Я надела не неё сандалию, и зашнуровала.
— Ладно, юная леди. Что ты задумала? — с подозрением спросил Мёрртайд.
— Ничего плохого, — сказала я ему, надевая вторую сандалию. — Если будет на то воля Милы и Зелёного Человека, и может быть ещё Хэйбэя, то это может даже оказаться чем-то хорошим. — У меня в животе закружились шелкопряды. «Прекратите», — сказала я им. «Я ещё даже не сделала ничего».
Я встала, и улыбнулась Мёрртайду:
— Готово. Обут, и готов нанести визит императору.
Он тоже улыбнулся, и покрепче сжал моё плечо:
— Хорошо. Очень хорошо. А теперь давай посмотрим, что вы с друзьям замышляете. И постарайся быть осторожнее. Я стал к тебе привыкать.
Глава 17
Когда Розторн увидела, что мы идём в хвосте у беженцев, и разговариваем, она отъехала обратно к нам, чтобы посмотреть, что происходит. Мы рассказали ей о наших планах.
— Ни в коем случае. — Её губы вытянулись в твёрдую линию. — Второй раз мудрить с духами вулкана? Особенно тогда, когда они, возможно, стали ещё могущественнее? И слышать не желаю.
— Но если она сможет увести их прочь от Старнса, то остров будет вне опасности. — Осуин переступал с ноги на ногу, настолько он был возбуждён.
— Осуин Форэст, она находится под моей опекой. Я отвечаю за то, чтобы Эвви выбралась с этого острова живой, — сказала ему Розторн. — Ты не можешь гарантировать, что она выживет, если поведёт Сердолик и Факела в море. Даже если они её не убьют за то, что она поймала их в ловушку, что насчёт других духов вулкана? Если Луво не хочет с ними встречаться, то почему Эвви должна?
— Её сила не такая же, как у них, Розторн, — сказал Луво. — Если Эвумэймэй будет держаться подальше от групп духов вулкана, то она наверняка будет вне опасности.
— Наверняки деревьев не стригут, Луво, — огрызнулась Розторн.
Два часа спустя они по-прежнему спорили. Мы вышли на равнину, где река долго и медленно поворачивала к Сустри. К дискуссии присоединились Тахар, Мёрртайд, Джаят, и даже Азазэ.
Я потеряла терпение. Чем дольше я откладывала осуществление идеи Осуина, тем больше была вероятность того, что Факел и Сердолик выберутся самостоятельно. Тогда я бы не дала за наши жизни и деревянного гроша. Мне нужно было приступать сейчас же.
Я огляделась вокруг в поисках места для остановки, и увидела одно, хорошее. Оставив остальных, я оттащила мои рюкзаки к группе деревьев, в тени которых находилась горстка валунов. Камни были из устойчивого гранита. Они идеально подходили под мои нужды.
Луво подошёл понаблюдать за тем, как я обустраивала это место, пока люди шагали мимо.
— Что если Сердолик и Факел тебе не поверят? Они вполне могут обманом заставить тебя утратить бдительность, а потом напасть. Эвумэймэй, ты поймала их в ловушку. Что если они скажут, что принимают тебя как друга, а потом заманят в свою собственную ловушку? Они — духи вулкана, а не мясные люди. У них нет ни лиц, ни глаз, выражение которых ты могла бы читать.
Я попросила камни сдвинуться, образуя не слишком бугристое сидение.
— Может, они и были чистыми духами, когда я впервые с ними познакомилась. Но после того, как узнали меня получше, они стали придавать себе форму, более похожую на людскую. Копировать меня. Они и вести себя стали более по-человечески. Я как-нибудь придам моей магической сущности вид, больше похожий на моё человеческое тело. Я знаю, что они всё ещё восхищаются мной. Прекрати каркать, Луво! Я обязана справиться!
— Я не делаю ничего, что можно было бы назвать карканьем, да и пением тоже, — сказал Луво. — Я также не хочу, чтобы ты окончила свои дни куском угля.
— Этого я не планирую, поверь мне, — сказала я ему.
Ко мне подбежал Мэриэм. Она сама была покрыта пылью с головы до ног, и её Ужасная Кукла — тоже. Куклу она несла в тряпичной перевязи, похожей на ту, в которой я носила Луво. Кто-то также сделал ей маленький мешочек, который она могла вешать себе на шею. Там она держала кусок полевого шпата, который я ей дала. Это я поняла потому, что камень сиял сквозь мешочек.