Чистая, голубая, первозданная планета, явилась перед ними, даже животных здесь было мало, зато зелень и вода заполнили большую часть планеты. Они опустились как раз на уютный, солнечный пляж, рядом с небольшим водоёмом.
— Этот дом предназначался для вас с Феем, — восхищаясь, проговорил Алон.
— Птицы определённо земные, — вторил ему Лей, разглядывая обыкновенных лебедей, величаво красующихся перед ними.
— Они созданы в обход эволюции, как и вся эта Галактика. Имей в виду, Землянам никогда не добраться до неё.
Лей опять почувствовал себя, пойманным за руку. Его мысль о Землянах достигла сознания отца.
— А ты, милый сын не должен пока покидать её, — добавил отец.
— Значит, это тюрьма?
— Если ослушаешься, то будет именно так, как я сказал, ты лишишься не только секции, но и дома.
— Так, ты не лишаешь меня секции? — сообразил Лей.
— Пока нет. Подумай хорошенько здесь. Постарайся вспомнить, о том, что ты Плаза, а не Био.
Они поднялись с пляжа, покружили над равнинами, и устроились на поляне среди цветов.
— Красиво! — опять восхитился Лей, — вглядываясь вдаль, туда, где синели горы.
— Я берёг для тебя эту планету, Лей. Конечно она биологична, но кто из состоятельных Плаза не имеет такую же в своём арсенале? Наверное, это зов предков.
Отец помолчал и как-то сдержанно добавил:
— Ты нужен нам Лей. Семье, да и всему сообществу Секций. И если ты вновь отступишься, нам будет очень тяжело без тебя.
Отец уже растаял в синей дымке, между крон раскидистых деревьев, а Лей всё ещё сидел на поляне, не шелохнувшись, как будто боялся спугнуть пёструю бабочку, устроившуюся на диковинном цветке, рядом с Леем.
"Зачем мне это нужно"? — думал Лей, ведь совсем недавно он и представить себе не мог ни чего подобного, а сейчас это фантастическое перерождение у него не вызывает и грамма удивления. Наверное, это о чём-нибудь говорит. Другое дело Ани, за последнее время она стала для него почти смыслом жизни. И не только её волосы, их запах, глаза, преследующие его всюду, и как магнит притягивающие к ней. Зачем ему всё это нужно, ведь её нет. Вселенная, Секция, долг и сам Отец, как что-то судьбоносное и бескомпромиссное вынуло его из такого тёплого, нежного и сладкого мира, и обожгло суровой жизнью Плаза. "Так, зачем же мне это нужно"? — ломал он голову. Для какой цели ему понадобилась эта секция, ради которой ему пришлось выбрать первого, вышедшего навстречу Плаза, совсем не следуя зову души, лишь бы заиметь собственную Секцию. Думал ли он тогда, чем это чревато. Ведь совершенно теперь ясно, что с Феем никакого таинства не могло быть никогда. Лей встрепенулся, это бабочка, вспорхнув, нарушила его таинственный покой. Зачем же тогда отец оживил Ани? И неужели он думает, что Лей забудет о ней в условиях приближённых к земным? Зачем?
Лей заметался, огибая макушки деревьев. Ворвавшись внутрь облаков, он набрался влаги, и дождём пролившись на поляну, вновь принял своё плазменное состоянии. Казалось, он делал это тысячу раз, теперь он точно всё вспомнил. Он катался по земле, утопая в траве, он поднимался к скалам, где вековые снега, с ещё большей силой напоминали о Земле. Ему было нестерпимо больно, оттого что, он терял всё то, что прошло через его душу и сердце. Боль становилась нестерпимой, ещё и потому, что сердца у него не было, а было что-то другое. Он не понимал, что, и почему боль? Может, в том и состоял смысл наказания Алона.
А ночью Лей увидел звёзды, и они немного ублажили его душу.
"Я ещё не сошёл с ума, — подумал он, вглядываясь в бездну космоса, — если я вижу эти звёзды и звёзды за ними, смогу ли я увидеть ГЕЛИОПУТЬ"?
Лей понятия не имел, что именно он сейчас делает, но только вдруг поляна, где он лежал, осветилась неоновым светом. Он сосредоточился ещё немного. Путь, пройденный вместе с отцом, был весьма витиеват, но Лей двигался всё дальше и дальше. Слабое свечение ГЕЛИОПУТИ, встретило его приветливым миганием. Остановившись в нерешительности, Лей услышал где-то глубоко внутри себя последние слова отца, "…нам будет трудно без тебя". В тот же миг Лей очутился вновь на своей поляне. Где-то с боку надрывался сверчок, и лунный свет отражался от поверхности озера. Телепутешествие оборвалось, и Лей безысходно покорился судьбе. Его сознание постепенно отдалось отдыху, но это был не сон, а ночные мысли, которые обычно предшествуют сну. "Интересно, — подумал он, — что произойдёт, если меня выдворят за пределы Секции? Секция. Я даже понятия не имею, что такое Секция". Эти мысли оказались весьма, кстати и явились неведомым сигналом, не зависящим от Лея и его усилий. В его сознании сами собой стали складываться образы, мультяшные представления о строении вселенной. Внутри множества сот обитают Плаза, а стенки сот состоят из миллиард галактик. Места стыковок граней сот и есть та самая Секция. Секция способна поделиться надвое, создав новую стенку. Это значит, Вселенная раздвигается, растёт. Связующая цепочка выстроилась яснее ясного. Плаза, опыляя Секцию, порождают Био. Био преобразуются в Плаза. Плаза наращивают соты и вновь опыляют их. Вселенная растёт, наполняясь разумом космоса. А блуждающие одиночные Плаза не совсем бесполезны, они участвуют в звездообразовании, и подчинены двойному Плаза. Лею, как и обыкновенному человеку, требуется отдых, для восстановления растраченной энергии, а спящий режим, так же предусматривает сны. У Лея они земные.
Отец появился через два дня и застал Лея в отличном настроении. Увлекшись игрой с водоплавающими птицами, Лей не сразу заметил, что за ним наблюдают. Птиц было не много. Они охотились на подводных обитателей, и Лей, как мог, сбивал им всю охоту. Птицы, чувствуя его присутствие, разлетались по сторонам, но некоторые молодые особи набирались смелости и набрасывались на него, и Лея это забавляло. Глядя на Лея, Алон невольно вспомнил свою молодость, и, улыбаясь, произнёс:
— Можно ли доверить целую секцию обыкновенному человеку?
Лей мгновенно преобразился:
— Человеку, нет, — отозвался он, приближаясь к отцу, уверенный, и невозмутимый.
Алон в ответ, лишь многозначительно хмыкнул, а Лей добавил:
— Когда-то ты сам учил меня, что биозамашки никогда не помешают настоящему Плаза.
— Я рад, что ты выздоровел, и, наконец, всё вспомнил.
— Отец, за эти два дня я о многом передумал. И о том, как предотвратить гибель голубых планет в условиях интенсивного звездообразования, и о том, как правильно использовать звёздную пыль и транспортировать биоспоры в нужное русло. А, вчера я вычислял короткие пути для Био между дальними галактиками, нужно просто передвигаться по коридорам струнных потоков Вселенной. Оказывается, они не сравнимы даже с гиперпространством, в котором привыкли двигаться многие цивилизации.
— Как правило, потоки сгруппированных струн заряжены нейтральными частицами. Для Плаза перемещение по ним чревато разрядкой, не зря мы селимся в тёмной зоне.
— Согласен, но некоторым Плаза, вроде тебя нейтральные потоки не страшны.
— Соображаешь.
— Я подумаю о защите одиночных Плаза.
— Я тебе так скажу, Лей, ты можешь многому научиться, многое узнать и понять. Ты будешь делать, казалось бы, невозможные вещи, но при условии, если совершишь великое таинство Плаза.
Лей, сразу же замолчал, он понял, к чему клонит отец, но он ничего не мог с собой поделать. Нужные для этого чувства уже посеяны, а значит, Лей заранее лишил себя этого таинства. И зачем только Отец лишний раз напоминает ему об этом?
— Что ж, Лей, мне пора.
Лей встрепенулся, оторвавшись от дум.
— Пойми, ради тебя я бросил всё своё хозяйство.