С невероятной одержимостью Хлебникова начала кромсать ей голову.
…Светлана очнулась. Она находилась в своей постели в комнате особняка, где живут непонятные ей до конца люди. Жуткое видение растаяло, но в ушах по-прежнему звучал истошный возглас Эльвиры… И это подтолкнуло Додонову к окончательному решению.
…ОНИ ХОТЯТ ЗАБРАТЬ НАШИ МЫСЛИ…
Голова кружилась, и не хватало воздуха. Светлана вышла на балкон. Сколько сейчас… два? Три ночи? Таинственный дом спал. Нет… одно окно светилось. Светлана уже знала: это тот самый зал, где она впервые увидела Николая.
Додонова быстро оделась и помчалась к нему. Возможно, она снова обманывается. Но, возможно, и нет. Нельзя терять время! Каждый год, каждый день приближают нас к тому, что ОНИ СТАНУТ КРАСТЬ НАШИ МЫСЛИ.
«Я поеду с вами в Незнамовск, Николай… Неважно, существует тайная дорога в ад или это всего лишь фантастическая выдумка!».
Она бежала по коридору, однако у самой двери на мгновение остановилась. Столь похожая на нее женщина с полотна неизвестного художника смотрела на Додонову, точно живая. Светлана вновь мысленно спросила ее: «Почему?». И услышала такой же беззвучный ответ:
— Когда-нибудь все возвращается на круги своя, дорогая пра-пра-правнучка. Я ушла, но ты вернулась.
Светлана ворвалась в зал. Там, очевидно, шло совещание. Сподвижники Николая посмотрели на нее.
— Извините, — сказала Додонова. — Я не должна была, но…
Николай ничего не говорил. Плотно сжатые губы делали его лицо еще суровей.
— Я решилась, — молвила Светлана. — Я еду с вами.
Где-то рядом визжала Эльвира и, размахивая ножом-скальпелем, тянулась к ее голове…
Глава десятая. «Жизнь — это эквилибристика!»
Гостиница «Россы» — одна из двух гостиниц небольшого Незнамовска. Как выяснилось, городу достаточно и одного отеля. Поэтому комнаты и этажи второго — «Былины» в основном сдавались различным компаниям и фирмам. Зато «Россы» никогда не пустовал. Сюда частенько заглядывали деловые люди, в том числе иностранцы, привлеченные богатством Русского Черноземья. Иногда заезжали туристы, правда, еще некоторое время назад их пребывание здесь длилось всего день или два. Какие особые достопримечательности могли заинтересовать туристов в Незнамовске? Но после создания в десяти километрах от города искусственного моря они задерживались порой и на неделю. Поэтому когда дежурившая за столом администратора Раиса Леонова, полная женщина, лет сорока, увидела в вестибюле гостиницы четырех молодых людей в джинсах, спортивных куртках, она ничуть не сомневалась, что это приехала очередная группа туристов.
— Люксы? Обычные? — засуетилась администратор.
— Два хороших двухместных номера. И чтобы были рядом, — сказал высокий человек с темно-русыми волосами. Его взгляд сначала показался сильным и жестким («С таким шутки плохи!»). Но тут же он улыбнулся обворожительной улыбкой. Раиса сразу расцвела.
— 212 и 214. Второй этаж, окна выходят во двор. Все необходимые удобства.
— Отлично!
Это сказала стоящая рядом с обворожительным человеком черноволосая женщина в темных очках и большой широкополой шляпе. «Так часто одеваются Боящиеся Солнца, — неприязненно подумала Леонова. — Нет! У нее совершенно другая фигура. Что со мной? Повсюду мерещатся эти НЕПРИЯТНЫЕ ЛЮДИ».
Четверка «туристов» поднялась на второй этаж. Несложно догадаться, что под этими масками скрывались Николай, Светлана (именно она была в шляпе, очках и черном парике), Виктория и долговязый парень, который спас Додонову в поезде. Его звали Константин.
Женщины зашли в 212 номер, мужчины — в соседний. Виктория быстро осмотрела помещение, в том числе на предмет наличия здесь «жучков». Примерно через полчаса в дверь 212-го постучали Николай и Константин. Николай кинул взгляд на Викторию. Она ответила:
— Вроде бы все нормально.
— Светлана, мы вас покинем.
— Надолго?
— Трудно сказать. Но дела следует решать оперативно.
— А что делать мне?
— Пока оставайтесь здесь. В случае необходимости свяжитесь со мной по телефону. И еще… старайтесь не слишком часто подходить к окну.
— Я тут точно в западне. Нельзя связаться с бабушкой, которая ждет известий, а может, уже оплакивает свою единственную внучку. Нельзя… Ничего нельзя!
Николай спокойно выслушал ее обиды и сказал:
— Вот принес вам местную прессу. Почитайте на досуге.
— Спасибо хоть на этом.
— Закройте дверь и никому не открывайте.
Оставшись одна, Додонова быстро отбросила роль «обиженной девочки». Она прекрасно понимала обстановку. Уровень ее спортивной и боевой подготовки, конечно же, не такой, как у Николая и его друзей. Поэтому ее и опекают.