— Читал! — перебил майор и засмеялся. — И чего наши писатели не придумают. Неандертальцы в сегодняшней России! Они давно вымерли. Как мамонты!
Он посмотрел, какое впечатление его «оригинальная» шутка произвела на собеседницу. И, убедившись, что никакого, продолжал:
— Никогда не слышал, что кому-то собираются мстить за статью о неандертальцах. Признайтесь честно, у вас с ними финансовые разборки?
Светлане захотелось встать и бежать отсюда. Только куда? К счастью, майор сменил вопрос:
— Вы уверены, что тип, сидевший в машине, и есть тот самый Борис?
— Дело в том… Я видела его всего мгновение.
— Уверены или нет?
— Мне показалось… — она так и не продолжила.
— Вот видите, — майор любовно погладил малиновое пятно на щеке. — Но мы все равно проверим этого Бориса. Как его фамилия?
Этого Додонова тоже не знала.
— Неважно. Все равно проверим.
— Спасибо.
Юркий рыжеватый дежурный проводил ее до самых дверей, постоянно рассыпаясь в комплиментах.
Она поймала такси и поехала в редакцию. Ощущение опасности так и не оставляло ее ни на секунду. Отчаянные попытки успокоиться ни к чему не приводили. Надо, чтобы холодный ум взял вверх над чувствами. Но как это тяжело!
«ЛИЦО ЗА СТЕКЛОМ «БМВ» ПОКАЗАЛОСЬ ЛИШЬ НА МГНОВЕНИЕ. ТЫ НЕ УВЕРЕНА…»
Из-за поворота прямо на них мчалась машина. Додонова в ужасе закрыла глаза, понимая, что столкновения не избежать. И теперь, в отличие от того случая в Незнамовске, это НАСТОЯЩЕЕ СТОЛКНОВЕНИЕ. В голове промелькнуло предупреждение Бориса: представьте, что кто-то захотел свести с вами счеты! Первый раз ее не собирались убивать, выжидали, надеялись, что она будет им служить, по крайней мере, не станет мешать. Но теперь…
«Вот такой у тебя конец, Света!.. Господи, помилуй!»
Каким-то чудом таксист успел свернуть в сторону. Он выскочил из машины, бросился за нарушителем, который тут же остановился. Светлана покорно ждала. В душе и в голове царила пустота.
Через некоторое время водитель вернулся, весь красный от возмущения:
— Сопливая девчонка. Лет шестнадцати! Села за руль! Водить не умеет!
Додонова нервно засмеялась.
Почему-то после этого случая она успокоилась. Приехав в редакцию, увидела загадочные лица сотрудников. Марина Орлова, секретарь главного редактора, подхватила ее под руку, прошептала:
— Пойдем.
— Куда?
— Какая разница. Пойдем!
Они проследовали в кабинет Светланы, и там за ее столом сидел… неандерталец! Конечно, он был из папье-маше.
Тут же в кабинет с хохотом ввалилась вся редакция. Сотрудники захлопали в ладоши и запели:
«Эй, неандерталец, вот твоя невеста…»
— Бессовестные! — шутливо возмутилась Светлана. — Я знаю, кто посадил на мое место это чучело.
Кругленький, маленький, добродушный художник редакции Виктор Демин выступил вперед и пробасил:
— Точно, я!
В кабинет вошел Юрий Алексеевич, осведомился, что за сборище в рабочее время. Ему объяснили: в редакции большое торжество, Додонова, наконец, решила выйти замуж. И вот ее суженый. Сидит и поджидает свою красавицу.
Это все хорошо. Свадьбу мы отпразднуем, но только после работы. А вот важную новость для всех вас я сообщу. В киосках наша газета идет нарасхват. Звонили из нескольких московских изданий, просят разрешения перепечатать статью Светланы. Хорошие деньги предлагают.
— А я вас предупреждала.
— Не зазнаваться! Кто-то должен иногда одергивать и контролировать вас, молодежь. Иначе такого натворите! Убедила меня, убедила и публику.
— Юрий Алексеевич, вы лучший редактор на свете! — сказала Светлана.
День прошел спокойно. Никаких звонков, сопровождаемых леденящим молчанием. Звонки, конечно, были. Но все они относились к последнему материалу Додоновой.
Из здания редакции Светлана вышла со своей коллегой Викой. Та спросила ее:
— Ты сегодня без машины?
Этот безобидный вопрос вернул Додонову к страшной реальности. ОНА БЕЗ МАШИНЫ. И ГДЕ-ТО РЯДОМ, ВОЗМОЖНО, ХОДИТ БОРИС.
— Моя машина сломалась, — соврала Светлана.
— Жаль! Давай я тебя подброшу.
— Спасибо.
Вика вмиг домчала ее до дому. Светлана вышла и вдруг ощутила, что боится возвращаться к себе… Она вообще не любила возвращаться в свою одинокую, холодную квартиру. Единственное, что всегда спасало, что поглощало ее мысли — работа. Работа была для нее смыслом жизни, сексом, наркотиком.
Самые тяжелые моменты в ее жизни наступали, когда она заканчивала последнюю страницу очередного романа. Обычно она ложилась на диван, закрывала глаза… Герои романа переставали быть связанными с ней одной нитью и убегали гулять по книжным рынкам, прилавкам магазинов, как убегают из родного гнезда ставшие взрослыми дети. И вот тогда Светлана начинала РЫДАТЬ. Рыдать от непонятной безысходности, оттого, что она — молодая, красивая, знаменитая, постоянно одна. Многие мужчины добивались ее расположения, однако романы длились недолго. Мужчины уходили, как и герои ее книг… ПОЧЕМУ?!