Александр Васильевич успел вновь наполнить рюмки и предложил тост за «истинное искусство!». Идеальный Убийца удивился такому предложению соседа. Но возражать не стал. За искусство, так за искусство! Он опять умело пустил водку по усам и бороде, а стоило Саше на секунду отвернуться, выплеснул оставшуюся часть под стол.
— Вот теперь молодец! До дна! — похвалил его Саша. — Что, парень, побеседуем по душам?
— Побеседуем, — спокойно ответил Идеальный Убийца, хотя внутренне весь напрягся.
— Я тебе сейчас кое-что скажу, а ты ответишь честно. Как на духу.
«Он собирается начать со мной разборки. Давай, парень. Но помни, я тоже не промах!».
— Как на духу, — Идеальный Убийца растянул губы в улыбке.
— Слышал о концепции Свистунова?
— Кого?
— Свистунова, — Саша сердито растрепал свои и без того взъерошенные волосы. — Свистунов — это я.
— Извини. Не знал. Ты фамилии не называл.
— Я человек искусства, режиссер театра.
— Да? Какого?
— Самодеятельного… но это ничего не значит. Надеюсь, скоро меня пригласят работать режиссером на Первый или Второй канал… А ты имеешь отношение к искусству?
— Прямого нет.
— Отлично. Тогда слушай! — Саша дружески хлопнул своей гигантской ручищей его плечу. Идеальному Убийце показалось, будто его ударили железной шпалой. — Сегодня любой, освоивший мою концепцию, может стать писателем или драматургом.
— А как же талант?
— В задницу твой талант. Существует идеальная схема написания любого произведения. Итак, есть классические герои: жертва и охотник. В течение всего романа, пьесы, киносценария жертва убегает, охотник догоняет. У жертвы несчастная или, наоборот, счастливая любовь. Большой разницы нет… Однако любовь добавляет жертве симпатии со стороны читателей или зрителей.
Теперь о причинах преследования жертвы. Современная драматургия, например, несмотря на обилие пьес и киносценариев, выделяет три таких основных причины: наследство, наркотики, или какие-нибудь компрометирующие охотника материалы. Место действия: постель, где безумствуют влюбленные, как важное средство привлечения женской аудитории, дорога с автомобильными гонками — соответственно, мужской. Ну, а остальное — фантазия авторов, поскольку это не так и важно.
Возлюбленную жертвы следует убить, ибо русский зритель отвык от «хэппи-эндов». Главного злодея убивают дважды. Первый раз убийство оказывается иллюзией, он остается жив. И только второе убийство — окончательное и бесповоротное, ставит точку на переживаниях зрительской аудитории.
К сему сказанному, мой пьяный друг, хочу лишь добавить, что сегодняшнее произведение обязано, следуя моде, лягнуть власть. Но слишком сильно этого делать не стоит, дабы не вызвать негативную реакцию верхов.
Вот и все! Меняйте только имена героев и произносимые ими фразы.
— Блестящая концепция! — похвалил Идеальный Убийца. — Никогда бы не подумал… И никакой Шекспир не нужен.
— Не нужен! — согласился довольный Свистунов и тотчас наполнил стаканы.
Поезд мчал в черноте ночи. Вагон давно погрузился в сон. Долговязый сосед Светланы уснул прямо в одежде. И только ей не спалось. Она наконец услышала НОЧНУЮ МУЗЫКУ. Но это была не та музыка, которая, врываясь в ее сознание, помогала хоть ненадолго расслабиться, отринуть наваждение ПРОШЛОГО и его уродливые образы. Сейчас эта музыка была МУЗЫКОЙ ГРОЗЫ, где явственно слышались то ли раскаты грома, то ли свист пуль, то ли грохот гранат. Тревожные аккорды звали Светлану туда, где мир был освещен пламенем. Огненное море разлилось перед ней. И тут Светлана увидела… как она в доспехах древнерусского воина скачет на вороном коне, и огонь не причиняет ей никакого вреда, никакой боли.
Додонова отчаянно всматривалась в облик скачущей на коне женщины, в СВОЙ ОБЛИК. Но кричали ей все почему-то не Светлана, а Василиса… Василиса Микулична.
Неожиданный резкий толчок поезда разрушил чары ночной музыки, вернул Додонову в маленькое купе, где мирно спит долговязый юноша. Она подумала: до чего же пленительны русские былины. Василиса Микулична жила в двенадцатом веке, но душа ее, точно путешествуя через столетия, искала единения со своим далеким потомком. «К сожалению, я не такая!» — грустно подумала Светлана.
Она встала, направилась в туалетную комнату. Привести себя в порядок, а потом — СПАТЬ!
Хотя она не была уверена, что призраки прошлого так легко позволят ей это сделать.
Свистунов храпел за десяток дюжих молодцов. Идеальный Убийца осторожно вышел из купе. Странное предчувствие, что за ним следят, не оставляло ни на минуту. «Неужели теряю квалификацию и начинаю паниковать?..». В любом случае нужно поскорее заканчивать дело.