Находясь даже в десятке шагов от него, они почувствовали будто попали в сети огромного паука. Почувствовал это и Саркх, хоть и не понимал как это возможно.
Этот выродок прошел Поглощение? Когда? Как?
Да даже если и так, таких страшных глаз он не видел даже у отца, не говоря уж о каком-то сопляке. Именно это повергло Саркха в ступор — пробирающие до дрожи глаза.
Почему так страшно? Этот урод ведь ничего не сделал, а они все уже отступили. Саркх пытался собраться с силами, и разрушить это нелепое наваждение. Прервал их всех Драмар. Старик, который неслышно подошел сзади к Зур'даху, и положил ладонь на его плечо, успокаивая, после чего прошептал мальчишке на ухо:
— Успокойся малец, драться не придется, никто тебя тут не тронет.
Зур'дах тяжело и громко дыша, начал успокаиваться.
К его удивлению, как только схлынули эмоции, глаза тут же вернулись в свое обычное состояние. Одновременно у всех вокруг внезапно пропало ощущение, что их хочет сожрать здоровый и голодный хищник.
— Так то лучше, — похлопал его по плечу Драмар. — Молодец.
— Малышня, — обратился уже суровее к Саркху и компании, — Не заблудились ли, детишки? Далековато от дома. Тут вас никто не защитит, мамка попку не прикроет.
И хохотнул.
Драмар нагло улыбался, опираясь на посох-клешню. То ли пока отлучался, что-то узнал приятное для себя, то ли просто был в хорошем настроении.
Зур'дах не спрятался за его спину, а стоял гордо. Да старик сейчас помог ему. Но он был уверен, с активными глазами, как мгновение назад, он мог бы продержаться на равных с Сарком. Как минимум. Однако уже через несколько мгновений Зур'дах понял что ошибся. Такая сильная активация глаз, словно высосала из него все силы. Глаза загорелись, будто в них сыпанули едкого порошка, и он часто заморгал глазами.
— Отстань старик.
Однако в его голосе уже не было ни задора, ни желания начинать драку.
Саркх правда может и хотел вновь что-то надерзить, нагрубить, хотя бы напоследок, перед тем как уйти, но что-то мелькнуло в его глазах. Какое-то воспоминание. Наверное о том, как старик в прошлый раз его отделал, даже не вспотев, а сейчас… Сейчас этот проклятый старик стоял перед ним, и выглядел еще бодрее и здоровее чем раньше. Поэтому Саркх попытался сделать вид, что ничего не случилось, что он никому не угрожал и ему никто не угрожал. И что вообще, мол, ничего особенного не случилось.
— Я просто пришел посмотреть на это. — он указал пальцем на рисунки.
Драмар хитро прищурил глаза.
— Что ж, посмотрел? Теперь уходи. Тебе тут не рады.
Сарх уже разворачивался и начал было уходить, как внезапно застыл, даже не опустив ногу на пол до конца.
В тот же миг резко побледнел и Драмар. Он ощутил то, чего не ощущал раньше никогда.
Страх. Такой страх, который гонит прочь без оглядки. Его обостренные чувства Охотника вопили об этом.
Все эти недели Драмар подспудно ждал и боялся этого момента. И все равно этот момент застал его врасплох. К такому было просто невозможно подготовиться. Воздух в пещере звенел как туго натянутая струна. И с каждым днем она натягивалась все сильнее и сильнее. Напряжение росло до немыслимых пределов.
Однако, кроме самого Драмара, этого почему-то никто не ощущал. И сейчас эта натянутая до предела струна лопнула.
По пещере прокатился ВДОХ.
И в тот же миг словно легкий морозный ветерок прошелся по всей пещере и заставил сердце каждого гоблина пропустить удар и на мгновение застыть.
Да что там гоблина — каждое насекомое, каждое животное, всё живое оцепенело на краткое мгновение.
В следующее после вдоха мгновение, воцарилась звенящая от напряжения тишина. Будто всё застыло, жизнь прекратилась на доли мгновения. А через миг, всё вновь продолжилось в привычном русле. Всё задвигалось, зашевелилось, хотя скорее по инерции, чем сознательно. Будто хотелось проверить, а живы ли мы?
Драмар лихорадочно думал. Мысли в панике метались мешая друг другу.
Наступил переломный момент, и надо бежать. Но чего же он ждет, почему не бежит? Может ему просто показалось? Ведь пока еще ничего не произошло. Ничего страшного.
— Что это было? — испуганно спросил Зур'дах.
Он не просто ощутил опасность. Остатки твари внутри него заметались в поисках того безопасного места, куда можно забиться поглубже. Секунду назад его кровь, готовая помочь разорвать противника, — сейчас резко стала просто испуганной мошкой, затаившись перед лицом того врага, с которым справиться невозможно.
Кровь безостановочно отправляла однозначные сигналы телу Зур'даха:
Бежать! Бежать! Бежать!
Волны страха сотрясали его тело, заставляя пятиться прочь.
Прочь! Прочь! Прочь!
Тело давало недвусмысленные сигналы.
Зур'дах сделал несколько шагов назад, не оборачиваясь.
Саркх, похоже, чувствовал сейчас нечто похожее, как и вся его компания. Они совершенно инстинктивно сделали несколько шагов к Драмару, — не для нападения, — а наоборот, — ища защиты, как у самого сильного здесь. Недоумение в глазах этих четверых сменялось страхом.
Один Зур'дах чувствовал всё острее, его тело уже покрылось холодным потом, а сердце пульсировало как бешеное. Тело требовало чтобы он бежал прочь тут же. Его кровь, сильнее всех прочих тут реагировала на происходящее.
— Бе… бежать… — выдохнул он, задыхаясь.
Однако сейчас Драмар крепко держал его за руку, никуда не пуская.
— Стой! — сказал он, словно прислушиваясь к чему-то новому. — Чуть подождем, пару мгновений…
— Вы все стойте! Ни в коем случае не идите к центру площади. — обратился он к детям Охотников.
— Да что случилось? — испуганным голосом спросила Кайра, которая тоже инстинктивно отодвинулась подальше, в сторону края пещеры.
Дети изгоев уже успели спрятаться за Драмаром, и ждали что он скажет.
Казалось бы, глупо просто ждать и бояться неизвестно чего, но не менее глупо было бежать, не видя совершенно никакой зримой опасности. На пару мгновений все разом будто забыли как дышать.
Ничего не происходило, ничего не случилось, но страх оставался в каждом из них.
Вдруг звонким голоском спросила Кая:
— Это кто-то громко вдохнул?
— Выходит… — начал говорить Саркх, — Это Предок проснулся? Это же хорошо? Да? Отец говорил об этом. Что рано или поздно это должно случиться.
Драмар лишь покачал головой.
Как объяснить мальцу, что если Предок действительно проснулся, то это не просто плохо — это очень и очень плохо. Хуже быть не может.
Прошел десяток мгновений, но ничего не происходило. То дикое желание убежать, которое испытали почти все в пещере — вдруг куда-то испарилось. Страх Зур'даха однако никуда не исчез.
— Может нам вообще это показалось? — спросил дружок Саркха.
— Всем одновременно?
С этим было невозможно спорить. Вдруг, прямо из центра пещеры раздался ужасающий грохот, и одновременно там же взметнулся огромный столб пыли, осыпав каменными осколками и крупными кусками камней все на расстоянии нескольких сотен шагов. Даже отсюда Зур'дах и остальные дети разглядели отчетливо взметнувшиеся клубы пыли.
Саркх побледнел. Его дружки тоже. Там, в самом центре, находился их дом. И там явно зашевелились, забегали. Оттуда пошел шум, который доносился даже сюда. А потом… потом резко всё стихло. Разом.
Там из центра площади и вокруг нее, начало распространяться синее сияние. Дохнуло таким холодом, от которого у Зур'даха застучали зубы, а у остальных тела покрылись мурашками. Даже Драмару, привычному к перепадам температур, стало холодно.
— Ну-ка детишки, давайте осторожно и медленно отступаем назад. — тихо сказал Драмар и попятился.
— Да не буду я… — начал было Саркх, однако встретился взглядом со стариком, и тут же послушно заткнулся.
Глаза Драмара полыхали желтым. Совсем как у взрослых Охотников.
— Не спорьте, если выжить хотите. Живо!
Они не бежали, а отступали задом к краю пещеры, одновременно не отводя взгляда от центра пещеры, продолжая следить за столбами в центре племени. Часть изгоев, высыпавших наружу из своих подземных нор, пыталась понять, что же собственно происходит, но никто не шел в направлении тоннелей и не бежал. Наиболее надежным местом им представлялись собственные норы.