Димка невольно передернул плечами, вспоминая, потом перевел взгляд на юг. Там ничего видно не было - только тающая в дымке морская ширь. А ведь так просто всё казалось в начале - поднять местных ребят, построить корабль, приплыть на остров Хозяев и заставить их вернуть всех домой... Теперь же даже непонятно, сколько продлятся эти затянувшиеся сверх всякой меры каникулы, точнее, приключения и будет ли у них вообще хоть какой-то конец...
- Что делать-то будем? - между тем, повторил Сашка.
- С чем? - спросил Максим.
- Ну... - Сашка задумался. - Вообще. Метис этот со своими дуболомами - это фигня. Как мы плоты достроим и доплывем до Столицы - тут им и конец. Их там тридцать всего, а нас две сотни. Только вот потом-то что?
- Надир же есть, - ответил Вайми. - Который, говорят, вообще всё может, в том числе, и вернуть вас домой. Он в Городе Снов, а дорогу туда я знаю.
- Ага, только вот без Ключа пользы от того Надира, как от свистка в аквариуме, - мрачно сказал Сашка. - А Ключ у ребят, которые сами непонятно где.
- Да придут они в Столицу, - сказал Димка с уверенностью, которой, однако, не чувствовал. - Мы придем и они придут. Никуда не денутся.
- А если всё же денутся? - хмуро спросил Сашка.
- Искать пойдем, все, - сказав это, Димка нахмурился. Финал их приключений был, в общем, уже близок - стоит им получить Ключ и исход будет в целом решен. Но мальчишка боялся, что злая судьба - или ещё более злой хозяин этого мира - подложат им свинью как раз в шаге от спасения...
- К Ключу ещё восприимец нужен, - напомнил между тем Вайми. - Которым вообще любой может быть.
- Спасибо, обрадовал, - буркнул Димка. Как раз об этой мелочи он счастливо забыл - и совсем не рад был вспомнить. Нет, всё же гад этот Мастер, подумал он. Показать, что вроде бы есть выход - но обставить такими условиями, что хрен их вообще выполнишь...
- А правда, ребята, что делать? - вновь уныло спросил Сашка. - Если этот проклятый восприимец не найдется, или ещё что пойдет не так и мы здесь застрянем?
- Жить, - сказал бесшумно подошедший Асэт. - Просто жить.
- Немцы как? - спросил невольно вздрогнувший Димка. Он так и не привык к тому, что здесь все ходят босиком - и могут подойти так тихо, что даже не заметишь...
- Дрыхнут твои немцы, - Асэт тоже плюхнулся на песок, глядя на море. Его невероятную - любой девчонке на зависть! - черную, вьющуюся мелким бесом гриву слабо шевелил дующий на берег ветер.
- Жить? - между тем, возмутился Борька. - Всю вечность сидеть на этом сраном пляже? Да ну нафиг! Раз мы сюда как-то попали, то и выход тоже есть. И мы его найдем.
Асэт покачал головой.
- Ложная надежда не дает тебе покоя - лишь мудрый, взрослый человек способен отбросить её.
- Зачем? - удивился Борька. - Чтобы вечно гнить на этом сраном...
- Надо отречься от иллюзий и всё, - резко сказал Асэт. - Тогда будет... не больно.
Сидевший рядом Вайми вздохнул.
- Тот, кто отрекается от иллюзий - лишь разделяет мир на чёрное и белое, настоящее и ненастоящее, в то время как здесь нет границы, чёткой грани...
- Ты хочешь сказать, что здесь всё... полунастоящее? - растерянно спросил Сашка.
- Ой, да заткнитесь уже, - буркнул Димка. - Развели тут фЕлософию. Мне факты нужны, а не фантазии.
- А фактов нет и не будет, - возразил Асэт. - Ничего не будет. Надо научиться жить... без всего этого.
- Да ну, нафиг всё это! - возмутился Борька. - Нам надо что-то делать, иначе...
- Здесь нет смысла что-то ДЕЛАТЬ, - вдруг сказал Вайми. - Можно просто... существовать. Спокойно и бездумно. Довольные, разучившиеся думать люди сперва даже не замечают, как начинают терять разум, а затем начинают считать распад своей души своего рода просветлением, очищением от "мирской грязи", от всего "наносного", уже не сознавая, что лишаются и всего, что составляет их "я". Это спокойная и приятная, но смерть.
- Для тех, кто тут жить не научился, - возразил Юрка. - Ребята, вы только подумайте - здесь же бессмертие! Причем такое, что умереть вообще никак нельзя! Такого, наверное, нигде больше нет. И вечная юность - ну, подростковость. Болезней никаких - разве что покалечишься или отравишься чем, но даже самые тяжелые увечья здесь легко лечатся - воскрешением. Вечное лето, никаких хищников, никаких бурь, жратвы вокруг полно... это же рай, самый настоящий!
Вайми покачал головой.
- Этот мир даёт благополучие, но забирает волю. Без воли, без желания, без стремления куда-то его жители путаются в нем, как мухи в паутине и уже не желают для себя другой судьбы. Тебе, как и остальным, не хватает того, что у меня дома называли цуррас - стержня личности, силы воли, опоры и основы, способности и желания идти и держать удар.