«Теперь, если герцог Нортон проболтается, то каждый мужчина в Лондоне будет меня считать за легкодоступную и распущенную девицу, - думала Лили. – И все из-за графа Бейли, моего дяди!»
Глава 49
Девушка проклинала свою красоту, ведь это она стала виновницей ее злоключений. Она не могла изменить мнение большинства людей о том, что красивые девушки все легкомысленные и легкодоступные. Она ведь не была из их числа. Не ее вина, что граф Бейли позволил себе такое в отношении к ней. Однако теперь герцог Нортон считал, что в праве такое же делать с ней. А что будет дальше? Что если герцог Нортон расскажет об этом всем? Ее будут считать потаскухой, фривольной и похотливой девицей. Ее руки больше не попросит ни один благопристойный джентльмен. Зачем им жена с такой репутацией? И все это из-за графа Бейли, которого она боготворила, считала почти своим отцом! А он?!
Лили решила для себя, если лорд Фредерик еще раз попросит ее руки, то она непременно согласиться. Это будет означать, что герцог Нортон не распространяет о ней слухи. Женитьба с Фредериком даст ей возможность уехать подальше от графа Бейли и подальше от всех тех льстивых кавалеров, которые только и думают, как затащить ее в безлюдное место и облапать своими похотливыми ручищами.
Лили было очень плохо. Ей даже не было с кем поговорить. Бабушка была далеко, ее единственная подруга была у себя дома. Хотя она бы и так не смогла с ними о таком поговорить.
Мисс Вотерс заснула, но ненадолго. Через некоторое время она снова проснулась. Ей не шли с головы все те события. Почему она не отстранила от себя графа Бейли, когда он на нее навалился? Ведь она отбивалась от герцога Нортона и лорда Керрингтона, как свирепая и разъяренная кошка. Почему она не сделала то же самое и с графом? И сейчас она не мучилась бы так, сгорая от стыда. Вдруг Лили поняла почему. От этого ей стало холодно, потом жарко, потом ее снова зазнобило, а через пять минут опять кинуло в жар. Она не отстранила дядю от себя, потому что сама не хотела этого, то есть все ее естество отказывалось слушаться ее разума. Рассудок девушки понимал, что это нужно было сделать, но от его близости она ослабла, растаяла в его крепких и страстных объятиях. Ей было приятно ощущать его руки, его губы, горячее дыхание. Хотя он и навалился на нее всем своим весом, однако эта тяжесть не делала ей больно, а наоборот пробуждала в ней неведомые раньше ощущения. Объятия графа будто околдовали ее. Она должна была сопротивляться, но вместо этого каждая ее клеточка жаждала его прикосновений. Ее разум помутился, когда дядя прикоснулся к ее губам. Она забыла о том, что должна была упираться ему. И наоборот выгнулась дугой и прижалась ближе к нему. Ей не хватало воздуха, когда он ее целовал, от чего она тяжело дышала. А от касаний его нежных губ к ее груди Лили ощутила такое блаженство и наслаждение, что совсем забыла, что ее целовал ее собственный дядя. Она просто любила и отдавалась любви без сожаления и сопротивления. Лили захотелось почему-то, чтобы он содрал с нее одежду и занялся с ней любовью прямо там на траве в лесу, забыв, что недалеко были люди. Все внутри у нее кипело, а ниже живота между ногами разгорался огонь. Такое она никогда не ощущала. Она даже не могла представить, что любовь может быть такой мучительно-сладкой, а прикосновения мужчины такими сладостными и упоительными. Ей захотелось в ту минуту прижаться к его обнаженному телу, почувствовать его тепло, шелковистость кожи…. Лили вспомнила мимолетом тех двух любовников на кухонном полу. Она тогда считала то, что они делали грехом. А то, что она делала с графом, разве было не то же самое? Подумав об этом, она испугалась. А мысль о том, что она делала это со своим же собственным дядей, повергла ее в шок. Только тогда Лили уперлась в грудь графа ладошками, пытаясь его оттолкнуть…
- Дура, ты дура! – кричала она, сев на постели. – Я не только похотливая девка, но и страшная-страшная грешница! Я же хотела заняться любовью со своим дядей!
От своих слов Лили замерла, не дыша.
- Мой родной дядя – мужчина моей мечты, - шепотом произнесла она. – Узнав об этом, бабушка позволила бы мне не держать обещание, данное тогда мной. Ведь если следовать ему, то выходит, что я должна выйти замуж за собственного дядю, при этом согрешив так, что в аду за мной будут гнаться все черти, чтобы хорошенько выпороть меня своими плетями!