Грегор был готов сделать то же самое, о чем только, что говорил этот мужчина. Его злости и ненависти к гадкому и развратному насильнику не было предела. Бывают же такие подонки в этом мире!
- Но со временем ей стали нравиться все те вещи, которые с ней проделывал ее батюшка. Она с нетерпением ждала следующего их «тет-а-тет».
- С ума сойти! Как такое возможно?
- Она себя страшно ненавидела за те чувства, которые испытывала в его объятиях, потому что стала понимать, что их связь – это страшный смертный грех! Они будут гореть в аду после смерти! Девушка страшно каялась за содеянное, и даже хотела выбросится однажды из окна. Вот тогда я ее увидела и стащила с подоконника! И именно после этого она мне рассказала всю правду и мы стали с того времени подругами.
- Бедняжка! Бедное дитя! Но неужели леди Матильда не замечала этого? Ведь взрослые отношения непременно бы изменили маленькую девочку! Родная мать должна была что-нибудь да и заметить, заподозрить неладное.
«Родная мать? – повторил про себя Грегор. – Матильда? Моя матушка – родная мать той девушки? Рози?! Нет, этого не может быть. Мой отец не такой уж изверг, чтобы поддавать насилию собственную дочь! Это я понял что-то неправильно»
Но после слов девушки: «Розалинда никому этого не рассказывала, кроме меня», молодой человек застыл на месте, не дыша, боясь двинуться с места и пропустить следующие слова.
- Она страшно стыдилась этого, это ее мучило изнутри и не давало покоя ни минуты. Поэтому она сбежала с Джеймсом Вотерсом в Америку, который был тогда в нашем поместье проездом. Больше я ее никогда не видела. Говорят, что она умерла от страшной болезни. Но правда ли это, я не знаю.
Грегор никак не мог поверить в то, что услышал собственными ушами всего минуту назад. Правда, припомнив все те вещи, которые юноша видел в Крепости Разврата, в котором правил его отец, он прекратил сомневаться в правдивости слов любовников.
«Бедная Рози! Что тебе пришлось пережить из-за этого страшного человека, из-за нашего отца?!»
Глава 52
Сквозь окна были видны вспышки молний. Стекло содрогалось от жутких ударов грома. Дождь был столь проливным, что его громкий стук разбудил бы и мертвого.
Грегор метался на постели от жуткого кошмара, который ему снился. Его волосы слиплись на голове от пота. Рубашка также прилипла к телу от этого.
Сначала он видел во сне баронессу Долсен, графа Бентли и своего друга Криса, которые кругом сидели возле маленькой Лили в одной из комнат Крепости Разврата. Они по очереди гладили ее волосы, любуясь ею и называя ее куколкой. В их глазах граф видел вожделение и похоть.
- Лили! – шептал Грегор во сне, метая головой по подушке. – Беги, милая, от этих тварей!
Потом сладкая троица стала играть с малышкой в прятки. Девочка убегала от них, прячась в закоулках темного поместья, столь страшного, что даже от каменных, холодных стен также исходил разврат и морок.
- Деточка, ты где? – кричал граф Бентли. – Иди к папочке!
- Крошка, выходи! – звала девочку баронесса Долсен. – От нас не спрячешься.
- Сладкая моя куколка, а-у! – слышен был голос Криса. – У меня есть для тебя подарочек, заинька. Все маленькие девочки любят подарочки, особенно такие сладкие куколки, как ты, моя милая прелесть.
Тут вдали показалась девочка. Она медленно шла навстречу герцогу Нортону, в ожидании какого-то чуда.
- Нет, Лили, - закричал Грегор, но ребенок его не слышал. Его никто не видел. Он был привидением. – Беги от него!
- Вот, так, умница, красавица, - сказал Крис, когда девочка подошла к нему. – Хорошая девочка! У дяди есть для такой миленькой куколки, как ты, сладкий подарочек. Он такой огромный и горячий! Тебе понравиться, милая. Я обещаю.
- Хочу, хочу подарок! – радовалась девочка, хлопая в ладоши от восторга.
- Сейчас, куколка, потерпи немножко, - говорил герцог Нортон, облизывая похотливо свои губы. - Дядя, вытащит свой подарочек и покажет тебе эту прелесть, кисонька.