— Ничего. Помогла тебе успокоиться. Ты знаешь, где ты? А как в реку упала, помнишь?
— Я помню только, как твой дедушка вытащил меня… Я не знаю, как вообще оказалась в реке. Это… трудно объяснить.
— Но возможно, — твёрдо сказала Голандора, и Эстер посмотрела на неё с надеждой. Ну наконец-то хоть кто-то даст разумный ответ на то, что случилось! Бросив на неё многозначительный взгляд, хозяйка дома заявила:
— Ты попала сюда неспроста… Ты не должна была сюда «приходить», а должна была жить здесь всегда.
— В каком смысле?
— Ты вернулась домой, Эстер. Или, может, я должна называть тебя по-другому?
— О чём ты говоришь? Голандора?
Она встала и подошла к окну, немного помолчав, будто придумывала на ходу, что отвечать, а сейчас не знала, что сказать.
— Понимаю, это звучит дико… как и вообще всё, что произошло с тобой недавно. Но выслушай меня. Ты сейчас находишься в королевстве Элесс. Это твоя родная земля. Ты появилась на свет именно здесь.
Эстер нервно рассмеялась и, не сдержавшись, ответила:
— Что ты несёшь?!
— Помнишь свою картину? Тот самый пейзаж, единственный среди портретов… Сама того не зная, ты изобразила реку Аон, которая протекает через Фэал, столицу Элесса. Когда ты была маленькой, тебя забрали отсюда и перенесли в другой мир. Я искала тебя очень долго…
Голандора будто пересказывал дурацкий фэнтези-роман, и едва ли можно было поверить, что её слова имеют хоть какое-то отношение к реальности.
— Ну всё, хватит, — прервала Эстер.
— Что?
— Это несмешно! — Отложив поднос с опустошённой кружкой, Эстер вскочила с кровати и двинулась прочь. Гутер сидел за столом рядом с выходом из дома, поедая кашу так жадно, как если бы не ел целый день.
— Ну чего, насплетничались? — невозмутимо спросил он. Раздался громкий и настойчивый стук в дверь, и старик, тут же забыв про кашу, встал из-за стола. — О, девочка, это к тебе!
— Что? Кто?!
Голандора подошла сзади и схватила Эстер за плечи. Та попыталась вырваться, но её держали крепко.
— Ты совсем, что ли?! Отпусти меня! — Она попыталась освободиться, но Голандора не отпускала.
— Не волнуйся. Скоро всё поймёшь. Всё будет хорошо.
Дверь с зычным скрипом отворилась, и у порога вырос какой-то верзила. Не произнося ни слова, он приблизился к Эстер, и сильные руки грубо и властно обхватили её талию. Вдруг в шею ударили — прямо в сонную артерию. Тело перестало слушаться её, в глазах потемнело, закружилась голова. Эстер захотелось спать. Сознание унеслось куда-то далеко — за пределы памяти.
Глава 3. Знакомый незнакомец
Тае очень давно не снились кошмары. Как и вообще любые сны. Если точнее, то с того дня, когда у порога появился свёрток с ребёнком. Но зря она этому так радовалась, ведь с недавних пор всё вернулось на круги своя. Опять кошмары, похожие друг на друга, как отражения в зеркалах. После них она просыпалась с отбивающим чечётку сердцем и трясущимися руками. И снова похожие друг на друга сюжеты, только с разными локациями — то полуразрушенное здание, то глухой лес, то гибнущий в опале город. Но беда теперь всегда случалась вовсе не с ней: жертвой катастроф становилась Эстер. И точно так же, как и прежде, Тая, словно зритель в кинотеатре, безучастно наблюдала за происходящим, не способная даже пальцем пошевелить.
— Спаси! — молила племянница в её сне, и взгляд был полон боли и страха. Но Тая ничем не могла помочь. Только смотрела, как Эстер тонет во мраке, теряя связь с ней.
— Тая! Тая! Тая… Та… Та… — звала она, отдаляясь с каждым новым мгновением всё больше, пока голос не исчезал окончательно.
— Нет! — собственный крик разбудил её посреди ночи.
Тая бы снова легла спать, как и раньше, но в этот раз не хотелось. Ей стало не по себе. Казалось, они с Эстер не одни в этом доме. Кто-то ещё, чужой и незримый, пришёл к ним и хочет нарушить их покой. Это чувство было почти первобытным.
Тая поднялась с постели, чтобы проверить, всё ли в порядке с племянницей. Иногда по ночам она тихонько заходила в комнату Эстер, еле слышно приоткрывая дверь, чтобы не разбудить. И почти никогда не ошибалась: девочка или спала, или читала. Порой Эстер засыпала с открытой книгой, и тогда Тая аккуратно закрывала книгу и укрывала племянницу одеялом, выключая свет.