– Не знаю, – соврала Зара, чтобы прекратить этот подозрительный разговор.
– Да брось. Как же ты тогда выбираешь?
Надим поставил перед ней большую белую кружку с плотной пеной и уселся напротив.
– Ммм, пахнет вкусно. Сахар вон в той штуке.
Казалось, он просто проявляет дружеское участие. Неужели и правда просто адекватный? Зара с благодарностью обхватила руками пузатую кружку и ощутила успокаивающее тепло.
– Говорят, кофеманы – те еще оптимисты, – продолжал Надим светскую беседу, не обращая внимания на скупые ответы Зары. – А еще оригинальны и непредсказуемы. Ну и вообще такие… страстные…
– Вот! – послышался от двери голос Эмрана. – Вот, берите пример со старшего брата. – Сайларов-старший подошел к «островку» и заглянул в Зарину кружку. – Спасибо за заботу, Надим. Хоть кому-то в этом доме еще мозги не отшибло. Принеси из машины вещи, будь добр.
Когда парень ушел, Зара немного расслабилась. Эмран сел напротив и потер руками лицо.
– Упрямые бараны. Ну да я упрямее, – пробормотал он, поднял взгляд и улыбнулся Заре: – Ну вот, самое страшное позади. Все наладится. Допивай свой кофе, и пойдем покажу тебе нашу комнату.
Зара послушно осушила чашку и пошла за Эмраном на второй этаж. Хотела захватить с собой машинку, но он велел оставить «свою долбаную погремушку» внизу, так как в спальне не на что ее поставить.
Дом казался слишком большим и неуютным. К московской квартире Зара кое-как привыкла, там она была полноправной хозяйкой, а здесь чувствовала, что не сможет и лишнего шагу ступить, чтобы не вызвать гнев «детей». Наверняка Альбике выбирала эти обои, вешала на стены эти картины, расставляла на полках шкафов эти фигурки и рамки с фотографиями. Ее не было, и одновременно она была повсюду, а Зара – у нее в гостях.
Как же глупо. Она никогда не сможет здесь прижиться.
«Пошел вон. Я не сошла с ума».
Она и не хочет приживаться.
Эмран завел ее в спальню и прикрыл дверь.
– Вот. Располагайся. Сейчас Надим притащит твои чемоданы.
Зара с тоской посмотрела на широкую кровать. Здесь он спал с Альбике. Она поежилась, словно первая жена глядела откуда-то с укоризной. Эмран обнял ее сзади. Просто так, пока ни на что не намекая.
«Пошел вон…»
– А как же… дети?
– А что дети?
– Ну, они же здесь. Это как-то… некрасиво.
– Все красиво, что я решил.
«Пошел вон…»
Когда Надим занес им чемоданы, когда на коттеджный поселок упала ночь, когда «дети» перестали курсировать по коридору между ванной и своими комнатами, когда Зара застелила один на двоих матрас чистой простыней и улеглась под одно на двоих одеяло, Эмран придвинулся к ней поближе и пустил в ход руки. Изменения в привычной обстановке его явно взбодрили.
– Я сегодня не могу, – с искусственной досадой в голосе сказала Зара. – У меня эти дни начались.
Эмран издал разочарованный вздох:
– Раньше нельзя было сказать?
– Я только что увидела.
Он, будто не веря, пошарил у нее между ног и нащупал крылышки прокладки.
– Ладно, сейчас что-нибудь придумаем.
– Хорошо. Ой, я только схожу воды попью?
– Смотри не заблудись.
Подсвечивая себе путь фонариком на телефоне, Зара спустилась вниз, но сначала направилась не в кухню, а в гостиную, где на журнальном столике все так же стояла коробка с ее «погремушкой». Зара осторожно открыла ее, вытащила машинку, сняла приставную платформу и проверила ящичек.
«Пошел вон».
Она выковыряла первую таблетку по схеме, спрятала блистер обратно, засунула машинку в коробку. Пожалуй, пока в этом доме лучшего тайника не найдешь.
На кухне Зара налила воды и проглотила таблетку. Она хотела – видит Всевышний – она хотела детей, просто не от него. Ей снова было страшно, что Эмран узнает, но дальше отступать было некуда. Переезд в дом Альбике ее окончательно добил, хотя казалось, куда уж дальше.
Зара вернулась в спальню. Муж ее ждал.
Немного потерпеть, и она от него сбежит. Надо снова взять себя в руки. Ничем себя не выдавать, чтобы он ни на миг в ней не усомнился и не пытался проверять. Эмран-Баран потянулся к ней губами, а Зара закрыла глаза и представила очередного турецкого актера, кажется, Фуркана Андыча.
«Пошел вон!», – пела в голове «ВИА Гра».
Эпилог
Мика сидел за «островком», уронив голову на руки, и ждал, пока Надим сварит кофе. Вчера он полночи переписывался с Шакирой и жаловался на отвратительную ситуацию, в которую их всех поставил отец, а теперь не мог разлепить глаза.
– Ну что там? – промычал он. – Мне срочно нужна доза кофеина.
– Сейчас, погоди, будет тебе кофеин, – отозвался Надим, карауливший турку у конфорки.