Он полез в карман пиджака, достал маленькую бархатную коробочку, подошел и протянул Заре:
– Это тебя ни к чему не обязывает. Просто решил сделать приятное красивой девушке.
Эмран не уходил, и Зара поняла, что он хочет посмотреть, как она откроет коробочку, увидеть ее реакцию. Она открыла ее и увидела внутри золотую подвеску в виде капельки, усыпанную… бриллиантами? Топазами? Зара не разбиралась в драгоценных камнях, зато заметила этикетку с ценой, от которой у нее перехватило дыхание. Какими бы ни были эти камушки, она бы никогда не смогла позволить себе такую вещицу.
– Это мелочь, – небрежно сказал Эмран. – Вы, женщины, ведь любите украшения? Носи на здоровье.
– Спасибо.
– До свидания, Зара. Жду ответа в крайнем случае послезавтра. У меня дела в Москве, и я бы хотел решить этот вопрос как можно быстрее, поняла меня? Если ты согласна, я заберу тебя с собой. Как уже сказал, я не люблю тратить ресурсы, – он постучал пальцем по голове, – на неопределенность.
Зара кивнула, пообещала еще подумать и отправилась обратно к себе, стискивая в руке драгоценный подарок. Уже через два дня она может оказаться в Москве, в новой жизни, замужем за состоятельным бизнесменом. Или остаться в своем городе и забыть обо всем. И лишь подвеска стоимостью в отцовскую зарплату будет напоминать об упущенном шансе. Хотя мама точно ее продаст.
Через несколько минут, проводив гостя, к дочери зашла Майза.
– Ну, что он говорил?
– Да ничего… Сказал, что не хочет афишировать свадьбу. Чтобы я дала ответ завтра или послезавтра. И вот, подарок.
Майза схватила коробочку и принялась изучать подвеску.
– Настоящие… Хм, смотри-ка, ценник оставил. Намекнул, сколько денег у него в кошельке. Ну, даже если ты не согласишься, хоть какая-то выгода. Подвеску, конечно, придется продать… – Тут Майза посмотрела на Зару. – Так что? Ты решила?
– Мам, он сказал, что уезжает в Москву и хочет забрать меня с собой, – расстроенно сказала Зара. – Получается, свадьбы не будет?
– Ну… раз он так сказал… – Майза посмурнела, но потом пожала плечами. – Всегда приходится чем-то жертвовать, чтобы получить лучшее, дочь. В конце концов, кому нужна эта свадьба? Главное, перед Богом чтобы брак был, а остальное неважно.
«Мне важно! – мысленно закричала Зара. – Я хочу белое платье и крутой макияж, подруг пригласить, торт порезать! Хочу всех задолбать с выбором приданого, хочу с отцом станцевать, хочу сделать миллион селфи и выложить в Сеть. Хочу молодого красивого парня, а не старую пузатую развалину! Хочу делиться радостями семейной жизни, а не скрывать их».
Тут взгляд ее снова упал на… даже не на подвеску, а на умоляющее лицо матери.
«Подумай о нас, доченька. Подумай о нас».
Глава 4
Покинув дом Закиевых, Эмран Сайларов довольно потянулся, расправил плечи. Он едва не заснул, слушая трескотню родителей Зары, и лишь встреча с ней немного встряхнула. Хотя не особо порадовала. Эмран видел, что Зара не из тех девушек, что бросаются на шею любому богатому папику, готовые развести ноги хоть перед самим шайтаном. Это усложняло задачу, но, впрочем, не делало ее неразрешимой. Эмран был уверен, что Зара сломается и даст согласие, что в глубине души она давно уже согласилась. Лишь какие-то тупые девичьи понятия не давали ей ответить сразу, из-за чего он терял драгоценное время на все эти поездки и посиделки.
Эмран забрался в арендованную машину, откинулся на спинку и, прикрыв глаза, вызвал в памяти образ Зары. Она так трогательно сидела на краешке дивана, так упорно таращилась в пол. Не от стыда, он это прекрасно понимал. Он был ей неприятен. Эмрана это мало трогало. «Стерпится – слюбится» – так он считал, и его теория работала. Альбике тоже поначалу не хотела за него идти. Потом смирилась, а потом и вовсе полюбила. И Зара полюбит… А даже если и не полюбит, то просто будет принадлежать ему.
Мысленно Эмран провел взглядом от ступней иллюзорной Зары, обутых в милые плюшевые домашние тапочки, вверх по стройным лодыжкам и застрял в области коленей, так как дальше начиналась строгая темная юбка. Однако это была лишь секундная заминка – он достаточно повидал женских ножек, чтобы без труда представить, что скрывал жалкий кусок ткани. Эмран почувствовал, как быстрее заколотило сердце, облизнул вмиг пересохшие губы и завел мотор, чтобы отвлечься. Скорее бы провести по этому маршруту не взглядом, а рукой. Грудь девушки скрывала свободная кофта, но он еще на той свадьбе благодаря обтягивающему платью прекрасно запомнил каждый аппетитный изгиб. Именно с той проклятой свадьбы и началось его помешательство.