– Тась… – Зара перешла на шепот, боясь, что Эмран проснется и услышит ее из спальни. – Он противный. Он весь волосатый! И старый. И толстый! И лезет целоваться с языком – просто фу-у! Я чувствую себя просто… ужасно. Я не смогу его полюбить!
В трубке раздался нарочитый вздох.
– Тебе и не надо его любить. Уважай его. Слушайся. Давай ему. И живи своей жизнью.
– Легко сказать!
– Видишь, он дал тебе время. Это хороший знак. Ты для него не игрушка. Наверняка, если бы захотел, он менял бы женщин каждый день. Он в тебя влюблен! Все твои капризы будет исполнять.
– Надо было тебя за него отдать.
– Это точно. Я бы сейчас в Москве шиковала, а ты бы тухла в нашем Отстой-юрте. Слушай, ну хоть поцеловалась нормально?
– Нет! Говорю же, противно.
– Ну слушай, напрягись. Неужели это так сложно? Рот открыла и языком, языком так крутишь…
– Я знаю! – Заре вдруг представилось, что губы Сайларова – это вантуз, который насаживается на дырку в раковине и вытаскивает из нее все нутро. – Не могу себя заставить.
– Оф, какая ты…
Тут в дверь ванной постучали, так что Зара подпрыгнула от неожиданности.
– Зара, ты там?
«Нет, на Марсе!» – с досадой подумала Зара, но вслух сказала:
– Да. Сейчас выйду.
– Нет, ты не торопись. Просто думал, все ли в порядке.
Зара включила воду, чтобы заглушить разговор.
– Ой, какой он заботливы-ы-ый, – засюсюкала в телефон сестра. – Тебе крупно повезло. Привыкнешь, я отвечаю. К хорошему мужчине легко привыкнуть, даже если он некрасивый. А с этим делом не затягивай. Это как зуб больной выдрать. Раз прошел, и уже не страшно. Потом еще больше привяжешься, и все будет нормально.
– Ты так рассуждаешь, как будто сама замуж выходила, – прошептала в ответ Зара. – Много ты в этом понимаешь. Все, давай! Потом позвоню.
Она сбросила звонок и полезла в душ, но так как Эмран уже проснулся, сполоснулась побыстрее, чтобы не занимать ванную. Она снова надела ночную сорочку, вышла из ванной и прислушалась – откуда-то из кухни доносилось бряцанье посуды.
– Зара! – Прошмыгнуть в комнату не получилось. – Иди сюда. Я приготовил чай.
– Я сейчас оденусь…
Эмран мгновенно выглянул из-за угла. Зара автоматически прикрыла руками вырез сорочки, но он подошел ближе и снова, как вчера, заставил ее их опустить.
– Вот так, – сказал он недовольно. – Перестань меня стесняться. Чтобы я этого больше не видел. А что это за тряпка? Я хочу, чтобы ты носила красивое белье, поняла меня?
Тут Эмран бесцеремонно задрал подол ее сорочки.
– Это тоже смени, – велел он. – Забыл вчера сказать. Я люблю красное и черное. И чем меньше ткани, тем лучше.
Он как ни в чем не бывало удалился на кухню, оставив сгоравшую со стыда Зару в покое.
– Я через час уезжаю на работу, – донеслось до нее. – Оставлю денег, чтобы ты купила продукты и что еще тебе нужно. Сегодня не вернусь. Обвыкайся пока.
Зара не смогла сдержать вздох облегчения и впервые подумала об Эмране с благодарностью. Переодевшись, она вышла на кухню, где ее уже ждал налитый в чашку чай и пара бутербродов.
– Готовить я не умею, – сообщил уже сидевший за столом Эмран. – Да и не из чего. Я тут не живу… Точнее, не жил. – Он погладил Зару по руке и улыбнулся. – Теперь, конечно, буду заезжать почаще, так что все тут должно быть как дома. Я живу за городом, с первой женой и детьми. Детьми их, конечно, назвать трудно… – Эмран задумался, потом рассмеялся. – Тебе сколько? Девятнадцать? Даже мой младший сын старше тебя.
Из блога Мики Зара прекрасно знала, где и с кем живет Сайларов-старший. Маму парень не снимал, зато часто фоткался с братом Надимом и сестрами-близняшками Сати и Лаурой. Надима подписчики уважали. Он заканчивал институт и казался умным парнем. У него даже были свои поклонницы, заваливавшие каждую его фотографию на странице брата тоннами сердечек. Сати казалась взбалмошной и грубой, Лаура – надменной и холодной. Когда-то Зара мечтала со всеми ними познакомиться, а теперь при мысли об этом аж волосы встали дыбом. От взрослых детей первой жены наверняка не стоило ждать ничего хорошего. Если бы Зара узнала, что отец взял вторую жену, точно бы выцарапала ей глаза за маму.
– Они сюда не приезжают? – с беспокойством спросила она.
– Очень редко. И всегда спрашивают разрешения, потому что второй комплект ключей у меня. Так что не волнуйся. Без моего слова сюда никто не приедет, а я, конечно, никому не разрешу.
Эмран допил чай и поднялся, потянулся и звучно зевнул.
– Я должен поработать, потом поеду в офис. Чувствуй себя как дома… Впрочем, это и есть твой дом.
Уходя на работу, Эмран приобнял Зару за талию и поцеловал в лоб. Она напряглась, но уже не отстранялась, заставляя себя привыкать к его прикосновениям.