Зара не знала, где бродит ее муж. Нигде не было ни его, ни ее бывшего возлюбленного. Бывшего… Девушка снова побледнела, вспомнив его взгляды, стихи, поцелуй, потом – его донос. Оказывается, не только она умеет хорошо играть свою роль.
Наступило время обеда, и Заре ничего не оставалось, как в одиночестве пойти в ресторан. Она стеснялась одна среди незнакомых людей – быстро набрала что-то со шведского стола, где не нужно разговаривать с официантами, и уселась за свободный стол. Едва она успела поднести к губам вилку с салатом, как в ресторан заявился Асвад.
«Спокойствие, – внушала себе Зара, едва бросив на него взгляд. – Не убей этого козла. Он еще нужен, чтобы сказать Роме, что я сама отказалась с ним ехать».
Но на самом деле злости не находилось – только обида и остатки чувств, которые он растоптал. Он же был такой хороший. Такой хороший…
Асвад ничего не стал брать и присел прямо за ее стол.
– Привет, – сказал он с умеренной (наверняка тщательно выверенной) нежностью. – Как ты?
«Хреново, скотина. Благодаря тебе!»
– Все в порядке, спасибо, – ответила Зара, с аппетитом жуя салат. В другой раз она побеспокоилась бы о том, чтобы сначала прожевать, а потом открывать рот. – Прости, ты не мог бы уйти? Мой муж может прийти с минуты на минуту.
– А он не придет.
Зара не удержалась и подняла на него испуганный взгляд. Неужели она пропустила что-то еще? Эмран ее бросает? Мысль об этом уже не была столь желанной, как когда она бродила с ним по пляжу, мечтая о другом мужчине. Нет, только не развод. Только не это!
– Он уехал в город, я за ним проследил, – закончил парень.
– А, ясно.
– Зара… – Асвад склонился поближе к ней. – Ты решила? Наш уговор, помнишь?
«Подонок. Скотина. Тварь. Подлец. Урод».
Зара подняла на него безмятежный взгляд, удерживать который давалось очень непросто. Повторяя все известные проклятия, девушка посмотрела в глаза человеку, в котором еще вчера готова была раствориться без остатка. Все равно до слез больно.
– Асвад, прости… Я не могу.
Максимально обычный тон. Как он там сказал? Увлеклась? Да, она немного увлеклась, но уже взяла себя в руки.
– Почему? Только не говори, что ты внезапно воспылала к нему любовью. Я вижу, что нравлюсь тебе. Мы можем быть счастливы вместе…
– Я никуда с тобой не поеду, – твердо прервала его Зара. – Может быть, ты мне и понравился, но не настолько, чтобы бросать мужа. Возможно, я не очень сильно его люблю, но уважаю и хочу быть с ним.
– Твои глаза не врут, – упрямо настаивал Асвад. Он попытался взять ее за руку, но она ее отдернула. – Я вижу в них твое настоящее отношение, Зара. И тот поцелуй вчера… Ты отвечала мне, ты хотела этого! Почему ты сейчас отступаешь? Боишься? Боишься бороться за свое счастье?
– Пожалуйста, Асвад. Оставь меня в покое…
Ее голос предательски дрогнул. Асвад бросил на нее полный невыносимой тоски взгляд. Зара уже сомневалась, точно ли она расслышала про факультет психологии – по этому парню плакали театр и кинематограф, так умело он врал и строил из себя бедолагу.
– И ты… Не могу поверить… Не знаю, смогу ли пережить…
Заре было бы смешно глядеть на это представление, относись она к нему по-другому. Его близость все еще волновала.
– Очень даже переживешь, – не выдержала она. – А теперь уходи. Все наше общение было ошибкой, о которой я сильно жалею.
Брови Асвада взлетели вверх. Он секунду смотрел на нее, потом озорно улыбнулся:
– Ты узнала, да?
– Что узнала? – прикидываясь дурочкой, переспросила Зара.
– Сама знаешь что.
– Не понимаю, о чем ты.
– Все ты понимаешь. – Асвад сложил руки на груди и забросил ногу на ногу. От его депрессии не осталось и следа. – Ты таяла, когда я тебя щупал в зале, смотрела на меня собачьими глазами, целовалась со мной, а теперь вдруг вспомнила про уважение к мужу? И сидишь тут на грани истерики? Да ты для меня – открытая книга с подчеркнутыми ключевыми словами. Твоей резкой смене настроения есть только одно логичное объяснение: ты как-то просекла, что я не тот, за кого себя выдаю. Что ж, умница.
– Подонок, – процедила она. Глаза опять защипало солью.
– Прости. Работа такая, – пожал плечами Асвад.
– Дурить головы девушкам? Вешать лапшу на уши о том, что любишь? И что, хорошо платят?
– Не жалуюсь. А тебе Эмран хорошо платит?