Когда дверь открылась, Зара сильнее съежилась, морально готовясь к новому натиску жениха или его родственниц.
– Доченька! Зара!
Мамин голос мгновенно привел ее в чувства. Девушка аж подскочила на диване и бросилась в объятия Майзы.
– Мама! Забери меня! Я не хочу оставаться! – быстро заговорила она. – Мам, ты ведь за мной пришла? За мной? Ты меня не оставишь?
– Да-да, конечно! – Майза обвила дочь руками, но тут же замерла и отстранила ее, заглядывая в глаза.
– Ничего не было, – ответила Зара на немой вопрос. – Он… не успел.
– Хорошо, – кивнула Майза, снова крепче прижав к себе дочь и гладя по спине. – Все. Мы тебя забираем. Я так и знала, что он украл тебя против воли. Идем!
Дрожащая всем телом Зара оперлась на руку матери и побрела к двери – ноги еще подкашивались от слабости. В коридоре стояли те самые женщины, которые увещевали Зару остаться. Она внутренне напряглась, но женщины лишь молча смотрели им вслед. Это было странно, но Зара не стала ломать над этим голову – скорее прочь из этого дома!
Самого Рамина нигде не было видно, и Майза с дочерью без происшествий и лишних слов вышли из ворот на улицу. Вдоль забора семьи Юсовых стояло несколько машин, среди которых Зара сразу узнала две «Лады» – ее отца и дяди. А в сотне метров дальше в темноте тускло белел внедорожник, на капоте которого поблескивала самая яркая из всех звезд. Точно такой же, на каком разъезжал Мика Сайларов! Зара на мгновение забыла о похищении и с замирающим сердцем вгляделась в темноту, но не смогла различить ни номера, ни тем более салон. Скорее всего, просто совпадение.
Уже дома, немного оправившись, Зара спросила у матери, как им удалось уговорить семью Рамина отпустить ее.
– Ха! Попробовали бы они тебя не отдать! – гневно воскликнула Майза. – Уж мы бы им устроили! Что они о себе возомнили… Этот Рамин – конченый баран. Рот свой открыл и говорит, мол, не отдам. Обвинял меня, что я тебя против него настроила! – Она перевела дух и задумчиво добавила: – Потом то ли им кто-то позвонил, то ли приехал… Не знаю, я не слышала. Этот психованный и его родственнички вышли. Потом вернулась только мать и сказала, что я могу пойти тебя забрать. Не знаю. Они как-то резко передумали. Наверное, кто-то старший сказал, чтобы не валяли дурака. Ох, будем молиться, чтобы люди много не судачили, не сгубили твою честь.
– Зарочка, налей чаю!
Зара отложила журнал с выкройками, встала из-за стола и подошла к плите заварить отцу зеленый чай. Она искоса посматривала, как он доедает рисовую кашу на обезжиренном молоке вприкуску с бутербродом из черного хлеба с маслом. И зеленый чай, и каша, и черный хлеб – все это было следствием возросшей заботы Келима о своем здоровье. Отец в глазах дочери был еще достаточно молод, но старость уже подбиралась к нему, цепляясь за волосы, лицо и походку. Иногда Зара замечала, как он замирал возле зеркала в коридоре и, как женщина, долго всматривался в свое отражение. И в чай он теперь клал не четыре ложки сахара, а одну.
Майза сидела рядом с мужем и попивала кофе, листая сообщения в телефоне. Ее темные волосы были лишь едва тронуты сединой, но она уже регулярно красилась. А вот с морщинкой, разделившей переносицу, и медленно опускавшимися уголками губ она ничего поделать не могла. Часто жаловалась Заре, что стареет на глазах и не может позволить себе «уколы красоты» или подтяжку лица, потому что сын-дурак по молодости оступился и теперь отбывает вместо того, чтобы содержать престарелых родителей. Зара расценивала это как намек: раз сын не удался, так, может, хоть будущий зять посодействует.
Она налила чай обоим родителям и занялась грязной посудой. Почему-то именно сегодня обида на Рамина особенно остро отзывалась в сердце. Эта маленькая кухня, это вечное мамино нытье, эта беспросветно скучная жизнь – все до тошноты надоело. Но не вырваться из этой невидимой клетки, не скрыться от тоски. У нее был шанс… Да, мизерный, но шанс охмурить богатого парня! А Рамин украл даже эту кроху!
– Вчера с теткой Рамина сидела в одном салоне, – сообщила Майза. – Ни слова она мне не сказала! Делают вид, будто не знакомы со мной.
– Это и к лучшему, – отозвался Келим. – Зачем они тебе сдались? Замяли историю, и ладно. И так опозорили нас!
– Замяли, да уж! Вчера Селита опять спрашивала, будем мы выдавать Зару за Рамина или нет. Мол, вдруг что не так было.
– Мама! – воскликнула Зара.
Она терпеть не могла эти разговоры.
– Да уж, такие истории не забудут, пока женщины будут чесать языками. – Келим назидательно поднял указательный палец и положил в рот последнюю ложку каши.
Зара помыла оставшуюся посуду и пошла в зал. На диване развалилась Тасмика, вечная гостья этого дома, и улыбалась чему-то на экране телефона. Зара уселась рядом с кузиной и заглянула в телефон – там крутилось видео с ее похищением на свадьбе.