– Не волнуйся, друг. – Дачиев похлопал его по спине. – Я тебя понимаю. Если ты справедлив, это твое право.
У Эмрана отлегло от сердца. Конечно, эти глупые бабы ничего не понимают в мужских делах, забывают свое место и права своих мужей. А еще ему повезло, что в последнее время Дачиев стал проникаться религией и теперь смотрел на ситуацию именно с этой точки зрения, а здесь к Эмрану было не подкопаться.
– И… Как Альбике восприняла эту новость? – продолжал мягко допытываться Хайдар.
– Не очень хорошо, – признался Эмран, потирая лицо. – Но ей придется с этим смириться.
– Та девушка ведь моложе тебя? Намного?
– Относительно… Ей скоро двадцать.
Дачиев усмехнулся и подтолкнул Сайларова в бок:
– Не ожидал от тебя, честно говоря. И как? Уживаетесь?
– Все хорошо. Меня все устраивает.
Эмран покосился на собеседника. Он не собирался обсуждать с Хайдаром интимные подробности многоженства, хотя тот явно заинтересовался этим вопросом. Он закрыл машину и сделал несколько шагов в сторону своего дома, показывая, что разговор окончен.
– Послушай, Эмран. – Хайдар пошел с ним рядом. – Мы так и не определили дату свадьбы Илеза и Лауры. Как насчет начала января? Это выходные, всем будет удобно.
– Я согласен, – сказал Эмран. – Восьмое-десятое будет в самый раз.
– Тогда мы забронируем банкетный зал.
– Хорошо.
Эмран встал у порога собственного дома. Он едва ли думал сейчас о свадьбе дочери и хотел, чтобы Дачиев поскорее от него отстал и дал сосредоточиться на предстоящей «битве».
– Как думаешь, – Хайдар заговорщицки подмигнул Эмрану, – может, мне тоже? А?
И рассмеялся. Сайларов не понял, насколько серьезен Хайдар, и лишь вежливо улыбнулся в ответ.
Дом встретил его привычными вкусными запахами и родным неясным гулом голосов. На мгновение Эмрану показалось, что ничего не изменилось, что все может идти по заведенному ритму, – пока ему навстречу не вышла Лаура. Дочь сразу отвела взгляд и нервно пригладила волосы.
– Привет, папа. Как долетел? – Пряча глаза, она потянулась за чемоданом.
– Оставь. – Эмран отстранил ее руку. – Сам донесу.
Лаура помогла ему снять куртку, а когда он разулся, сразу поставила ботинки на полку. Эмран мысленно беззлобно обругал Илеза, так рано отнимавшего у него заботливую и послушную дочь.
– Я сейчас говорил с Дачиевым. Свадьба состоится около десятого января. Он мне скажет точнее.
– Значит, все в порядке? – просияла Лаура. – Я боялась…
Она смущенно умолкла.
– Боялась, что Мика испортил все настолько, что они откажутся? – Эмран улыбнулся ее смущению, обнял за талию и поцеловал в макушку. – Этому парню нигде больше не сыскать такую невесту, как ты. Хайдар был бы последним кретином, если бы решил из-за этой ерунды все отменить.
Эмран отстранился от Лауры.
– Где мама?
– Она на кухне.
«Где же еще ей быть?»
Альбике сидела за столом с чашкой и помешивала дымящийся напиток. Он мог сказать, что´ там, не заглядывая, – кофе, две ложки сахара, без молока или сливок. Она всегда пила без молока, когда переживала, говорила, что ей противно и это отвлекает. Эмран остановился в дверях, не решаясь идти дальше. Он знал наперед все, что она скажет, и все, что он ей ответит. Как жаль, что нельзя поставить их диалог на перемотку и оказаться в его конце.
Жена подняла на него глаза. С минуту они, не говоря ни слова, созерцали друг друга. Альбике как будто стала старше, сравнявшись с ним в возрасте. Ее кожа уже теряла былое сияние и упругость, руки, видневшиеся из-под коротких рукавов домашнего платья, одрябли, как и все тело. Зара по сравнению с ней несомненно выигрывала в плане внешности, но у нее не было кое-чего другого – многих лет, прожитых бок о бок, почти не отрываясь друг от друга. Общих детей, дома, общих горя и радости, связавших его с Альбике тугим узлом. Эмрану все это было дорого, и он не собирался так просто с этим расставаться. У Зары его ждала страсть, вторая молодость, нечто новое и не до конца изведанное. Здесь – уют и тепло, покой и принятие. Несомненно, и Зара обзаведется детьми, и московская квартира со временем превратится во вторую тихую гавань, но покамест Эмрана вполне устраивали два противоположных полюса, которые он себе организовал.
Гляделки продолжались недолго. Альбике закрыла глаза, ее плечи задрожали. Эмран вздохнул, подошел к ней, присел на соседний стул и обнял, бережно гладя по голове.
– Ну-ну, Бика, – тихо сказал он. – Не плачь. Не переживай так.
В ответ жена вцепилась в рукава его свитера, словно пытаясь удержать рядом, уткнулась лицом в его грудь и зарыдала в голос.