– Я не хочу жить с ним, мам, – несмело сказала Зара.
Мать отстранила ее от себя и вгляделась в глаза так, что девушка пожалела, что решила ей доверить свои чувства.
– Что значит – не хочешь?
– Я не могу полюбить его… Не получается.
Тут Зара зажмурилась, чтобы не видеть осуждение, явно сквозившее во взгляде Майзы. Мать вздохнула и снова принялась баюкать ее, будто погружая в транс.
– А что поделать, Зара? Ты вышла за него. Это же тебе не игрушки, это семейная жизнь. Надо учиться подстраиваться, потому что человек он хороший и обеспеченный. Где ты такого еще найдешь, особенно если разведешься? – Она помолчала, ожидая возражений, но их не было. – Просто еще мало времени прошло, дочка. И тебе надо постараться забеременеть, и увидишь, как все наладится. Будешь любить детей, раз уж к нему нет чувств, отвлечешься. Да и я всегда говорила, далеко ли ты уедешь на одной любви.
Слова матери не подбадривали, лишь добивали, но Зара все еще прижималась к Майзе, пытаясь урвать хоть капельку ее уверенности.
– Почему ты не запретила мне? – прошептала она. – Я бы послушалась… Я бы отказала ему. Я не знала, что это будет так тяжело.
– Так, теперь я еще и виновата? – мягко пожурила Майза. – Я тебе совет добрый дала. Ты просто слишком близко к сердцу это воспринимаешь. В конце концов, многие так выходят. Потихоньку все налаживается. Живешь в современном городе, одета-обута, кушаешь вкусно, муж заботится. Что тут может быть тяжелого? Ты небось хочешь, как в турецких сериалах? Страсти-мордасти? В жизни такого не бывает, дочка. А если и бывает, то быстро проходит.
«Ноги раздвинь и к стенке отвернись, так?» – горько подумала Зара и отстранилась.
– Да, мам, ты права, – согласилась она, чтобы успокоить Майзу. – Мне просто как-то грустно стало… Прости, что я тебя разбудила.
– Ничего, не страшно. Спи спокойно.
Майза поцеловала Зару и еще раз крепко обняла напоследок.
– Когда приедешь в Москву, обязательно обследуйся, – добавила она. – В нашем роду женщины быстро залетают. Я сама забеременела Рамазаном на второй месяц после свадьбы. Так что, может, это не у тебя, а у него проблемы, все же он уже немолод.
Зара лишь кивнула в ответ. Если проблемы у Эмрана, тем хуже, потому что она не представляла, как сказать ему об этом и заставить лечиться.
Глава 33
В Москву Зара попала через четыре дня после последней встречи с Рамином. На следующий день после ночной истерики она заболела и лежала с температурой, не в силах пошевелить ни рукой ни ногой. Эмрану снова пришлось переоформлять билеты. Этот факт его взбесил, и в итоге Заре пришлось лететь еще больной, в совершенно разбитом моральном и физическом состоянии – она решила, что лучше вытерпеть это, чем еще раз заикаться о том, чтобы перенести возвращение.
Эмран встретил ее в аэропорту и, взяв на глазах у всего рейса соотечественников под руку, повел к выходу.
– Подразним их? – сказал он Заре тихо. – Наверняка тебе там пришлось несладко. Говорю же, лучше лишний раз в этот крысятник не соваться. Они бы чесали языки даже о матери Терезе!
Зара схватилась за предложенную руку, чтобы не упасть, так как все еще чувствовала болезненную слабость. Эмран заботливо приложил руку к ее лбу.
– У тебя температура? Ты выглядишь бледной.
– Да, есть небольшая. Но мне уже лучше.
– Это хорошо. Вернемся домой, моя красавица, и я приготовлю тебе чай с лимоном, а потом как следует согрею.
– Ты можешь заразиться.
– Нестрашно, – ухмыльнулся Эмран. – Я слишком соскучился, чтобы беспокоиться о таких мелочах. Впрочем, уговорила, целовать в твои сладкие губки не буду. У меня важные переговоры на носу.
Та же квартира. Та же постель. Тот же Эмран.
Зара не смогла строить из себя страстную любовницу, и он не ругался, сделал скидку на болезнь, без лишних слов и ухищрений излив в ее нутро скопившийся жар.
– Альбике не вернулась? – спросила Зара, когда он, по обыкновению, пристроил ее голову у себя на груди.
Щеки и губы щекотали ненавистные волосы, дальше простирался вид на его растекшийся «курдюк».
Эмран лениво водил пальцами по ее обнаженной спине.
– Ммм? – сонно переспросил он. – Тебя это так беспокоит?
– Я бы не хотела, чтобы вы ссорились из-за меня.