– Да ты что? – поддел он. – Ты ведь будешь в выгоде, если мы с ней разбежимся насовсем.
– Просто… мне ее жалко, – соврала Зара.
Жалости она не испытывала, как-то не задумывалась о первой жене.
– Не особо ты ее жалела, когда пошла за меня второй, – заметил Эмран. – А как же хваленая женская солидарность, м-м?
Он усмехнулся и поцеловал Зару в макушку, а та затихла, задумавшись.
– А можешь… показать ее? – робко попросила она.
– М-м? Кого? Бику?
Зара кивнула и приподнялась на локте, глядя на Эмрана. Ей вдруг захотелось получше рассмотреть женщину, которая отдала ему столько лет жизни и в один день была выставлена за дверь. Эмран пожал плечами, достал телефон и покопался в галерее.
– Гляди. – Он развернул к ней экран. – Это мы в прошлом году на свадьбе сына знакомого.
На Зару смотрела вся семья Сайларовых у входа в банкетный зал. Все в теплых пуховиках, в центре Эмран под руку с симпатичной женщиной, по правую и левую руку от них – чинные Надим с Лаурой и скалящиеся в камеру Мика и Сати. Словно прочитав мысли Зары, Эмран увеличил фотографию так, что теперь весь экран занимали их с Альбике спокойные, довольные жизнью лица.
– А это недавно. – Эмран перелистнул на фото, на котором первая жена стояла в обнимку с дочерью, одетой в свадебное платье. Потом еще покопался в галерее. – Вот, это они в Ницце. Она не любит фотографироваться. Любуйся, я сейчас вернусь.
Он сунул Заре трубку, встал с постели, натянул штаны и вышел из спальни.
Еще одна фотография счастливой семьи: берег моря, мама по центру, с обеих сторон ее обнимают Сати и Лаура, здесь их совсем не различить, а сестер, в свою очередь, обнимают братья. Эмрана с ними нет. Счастливо улыбающаяся Альбике еще не знает, что он отдыхает в другом месте – в московской квартире со второй женой. С ней, Зарой.
Пока муж плескался в душе, она еще полистала галерею. Фоток с Альбике и правда было мало. Встретилась пара их с Эмраном совместных селфи. Интересно, он и ее ревновал? Разбивал голову? Альбике выглядела скучно счастливой женщиной, и Заре стало завидно: у нее был тот же самый мужчина, но не было ни селфи с ним, ни желания их делать. Она не чувствовала ни грамма ревности к первой жене, только саднящее ощущение, что в этой семье ей места нет.
– Ну что, насмотрелась? – ехидно спросил Эмран, когда вернулся и снова лег рядом. – И какое твое экспертное мнение?
– Она красивая, – сказала Зара, отдавая телефон.
– О да. Пришлось потолкаться локтями, когда я ее сватал.
– А вы женились по любви?
Эмран озадаченно посмотрел на Зару, потом пожал плечами:
– Нет, конечно, она же меня не знала. Как и ты. Но, как видишь, это не помешало нам прожить долгую и счастливую жизнь. Любовь – это работа. Я вот не тороплю тебя, не прошу признаваться мне в любви, хотя сам готов говорить тебе это бесконечно. Я понимаю, что нужно время, и вижу, что ты стараешься. Ты моя умничка. Поэтому уверен, у нас все будет хорошо.
Зара совершенно не была в этом уверена. Лучше бы все было хорошо у Эмрана и Альбике – как-нибудь без нее. Они подходили друг другу: старые, притеревшиеся, как ржавые болт с гайкой давно заброшенного механизма. А она тут при чем? Она вообще ни при чем.
– А тебе… не жалко ее? – спросила Зара. – Может, не надо было давать развод?
– Она сама напросилась. – Голос Эмрана опасно зазвенел, и Зара сразу решила, что это был последний вопрос. – Я никому не позволю сесть себе на шею и командовать. Пусть подумает над своим поведением и сделает выводы. На этот раз я не делаю ничего незаконного, она должна это принять.
«На этот раз?» – не поняла Зара, но спрашивать больше не решилась. Эмран подсунул под нее руку, крепко прижал к себе, зарылся носом в волосы.
– Неужели моя Зарочка ревнует?
– М-м, – неопределенно отозвалась Зара.
– Я польщен. Ну ладно, хватит про Бику. Лучше расскажи, как там на родине. Ничего нового?
Зара заставила себя сделать следующий вздох таким же ровным, как предыдущий. Нет, он никак не мог узнать про случайные встречи с Рамином и про его поцелуй.
– Ничего особенного, – ответила она. – Все как обычно. Ты сам говоришь, что это большая деревня. Что там может происходить?
– Надеюсь, что так. Могу поспорить, наши все языки себе об тебя стерли…
Уже на второй день после развода Эмран потянулся к трубке, чтобы позвонить Альбике и узнать, куда ее в итоге занесло. Он был почти на сто процентов уверен, что она либо осела у сестры, либо что-то сняла, раз уж прихватила с собой двести пятьдесят тысяч из сейфа – весьма неприятное открытие, задевшее его за живое. Он-то думал, что максимум, на что способна жена, – перебить свадебный сервиз.