Однако Эмран не позвонил. Нет, еще не время. Не позвонил он и через день, и через два – просто узнал у Сати, что мама действительно находится у Седы, и успокоился. Без жены было в доме непривычно, неуютно, но все равно не повод, чтобы бросаться забирать ее так быстро после столь серьезного разлада.
И вот Зара вернулась. Эмран так соскучился по ней, что готов был бы не отпускать от себя сутки напролет, если бы хватило сил и времени. Проведя с ней почти весь день ее приезда, Эмран подумал, что неплохо было бы на следующий вернуться домой, но не смог устоять и снова предпочел загородному дому московскую квартиру.
Ночь обещала быть еще более горячей, чем предыдущая, ведь с утра у Зары совсем спала температура и на щеках пробился легкий румянец. Все шло по заведенному порядку – сначала ужин, не менее вкусный, чем у Альбике, потом чай перед телевизором в обнимку с любимой женой. Пока Зара увлеченно следила за развитием сюжета фильма, Эмран пролистывал на планшете почту, а затем перешел на пикантные видео, чтобы разогреться. Он по-хозяйски обхватил Зару за талию и привлек к себе, другой рукой придерживая планшет, не сводя горящего взгляда с экрана.
– Смотри, – позвал он.
Зара глянула в планшет и сразу отвернулась, краснея от стыда, чем вызвала у него новый прилив желания. Он обожал, когда она так смущалась даже от самой примитивной порнушки.
– Налить еще чая? – спросила Зара, подаваясь в сторону.
– Нет, иди сюда, – удержал ее Эмран. – Потом нальешь…
– …А теперь можешь налить чего ты там хотела.
Утерев с лица пот, Сайларов блаженно потянулся, лежа на диване в гостиной. Хороший диван купил, удобный и широкий. И какой замечательный звук издавала искусственная кожа, когда о нее терлась кожа человеческая.
Зара накинула на голое тело полупрозрачный халатик и ушла на кухню. Эмран задумчиво проследил за ней. А ведь когда-то она его стеснялась, прикрывала руками все, что можно, а теперь вон даже нижнее белье не надела, хотя от ткани в этом халате одно название. Эмрану взгрустнулось, что Зара лишилась образа скромняшки, которую он умелыми ласками раскрывал, как киндер-сюрприз, хотя до статуса опытной любовницы ей тоже было далековато. Он чувствовал, что между той зажатой девственной Зарой и этой, расхаживающей голышом по квартире, есть какая-то нестыковка. Как будто на пути прогрессии потерялся какой-то важный момент, и теперь все идет не совсем так, как задумано. А если идет не так, туда ли оно зайдет?
«А мне вообще нужны две жены? – подумал Эмран, провожая взглядом в меру пышные бедра Зары. – Может, оставить прошлое в прошлом и сосредоточиться на новых отношениях? Попытаться найти недостающие “кадры” и переснять заново этот “фильм”?»
Он тут же почувствовал, как сердце сделало неприятный кульбит. Так бывало всегда при мысли об Альбике, с тех пор, как он развелся. Вроде бы всего хватало с Зарой, и все равно. Бика была идеально снятым «фильмом», ничего не потерялось по пути, все встало на свои места. Пока он не решил отрезать финал.
Размышления Эмрана прервал сигнал о доставленном сообщении. Он нехотя свесил руку с дивана и пошарил на полу, поднял телефон, зашел во «Входящие». Там была фотография, и не одна. Телефон в его руке вжикнул еще несколько раз, доставляя новые изображения, на которых были запечатлены все те же двое людей – Рамин и Зара.
Он почувствовал, как заныли стиснутые зубы, как пальцы до боли сжали корпус телефона, так что аппарат скрипнул. Он почувствовал, как умирает от ярости.
«Не может быть, – повторял он про себя. – Не может быть! Это невозможно!»
Но это было.
Вот Рамин, бывший похититель, болтает с его женой за одним столиком в кафе. Вот он идет с ней по улице. Вот дарит розу – и она принимает ее! И последний, контрольный, выстрел – Рамин целует Зару. Нагло, на улице, среди их родного города. В губы, горячо, крепко обнимая, будто этот м*дак имеет на это право!
Сука! Сука! Сука!
А ведь она сказала, что ничего особенного не произошло!
Эмран почувствовал, как зашлось, заныло сердце. Испугался, но несильно – был слишком зол. Подышал. Еще полежал и, как загипнотизированный, снова пересмотрел фотографии. Он пытался найти этому какое-то вразумительное объяснение, но не мог сосредоточиться ни на чем, кроме мысли о том, что Зара – эта сука! – снова его подло предала. Спохватившись, он позвонил на номер, приславший фото, но «добрый» абонент был, разумеется, вне сети.
Наконец, спустя целую минуту, Эмран наконец встал с дивана и дрожащими руками натянул домашние штаны. Он боялся сам себя, держался из последних сил. Этому должно было быть какое-то объяснение. Не могла Зара так поступить… Не на глазах у всех – в какой-то кафешке, на улице. Афишировать измену, особенно после скандала с Джоннидеппом, когда он чуть не проломил ей голову, – не могла же она быть такой дурой?