– Да, недавно приехали. Ужинать будешь?
– Нет, не хочу. Пойду к себе.
Мика вышел из кухни и хотел было подняться в комнату, но тут его из гостиной окликнул брат.
– Привет, Надим. Как на работе? – спросил парень, проходя в зал, где Надим смотрел какой-то боевик.
– Все по-старому. Слушай… Ты от Рамина вестей больше не получал?
– Нет, – пожал плечами Мика. – Он тогда написал, что собирается выслать фото и умотать из страны, отключить на время трубку. И все.
– Ясно… И как думаешь, он уже выслал?
Мика задумался. Он был слишком занят сессией и собственными отношениями, чтобы держать в голове еще и эту проблему.
– А почему ты спрашиваешь?
– Отец какой-то странный сегодня. – Надим бросил настороженный взгляд на входную дверь в гостиную, чтобы убедиться, что никто их не подслушивает. – Когда я вез его домой с работы, он был… ну, знаешь, очень чем-то раздражен, но не сказал, что произошло.
– Вот и хорошо, – просиял Мика. – Пусть понервничает.
– У тебя-то как? Где сам был?
– Следи за моими Историями, бро, и узнаешь!
Надим улыбнулся и потянулся за телефоном, а Мика поднялся к себе.
Если отец и правда разозлен, значит, Рамин сдержал обещание. Мика иногда сомневался, что у того хватит наглости провернуть такую аферу, но после последнего сообщения надеялся на благополучный исход. Странно, что Рамин так долго копался, но мало ли у кого какие дела.
Мика повалился на кровать, собираясь написать что-нибудь Шакире и пообщаться с подписчиками, которые наверняка были в шоке – по крайней мере, женская половина.
Как он и подозревал, Директ был завален воплями: «Кто она?!», «Зачем ты выставил свою девушку? Отписываюсь!», «Когда свадьба?» – и все в таком духе. Когда Мика был в самом разгаре переписки со своими поклонниками (самыми адекватными из них), в комнату без стука зашел Эмран.
Как положено, Мика сразу отложил телефон и встал с кровати. Несмотря на всю обиду на отца, некоторые установки срабатывали в нем на уровне почти безусловного рефлекса.
– Что-то случилось? – спросил он, удивленный внезапным визитом.
Вместо ответа Эмран подошел и с размаха ударил его кулаком в лицо. Лучше объяснения было не придумать. Замешательство Мики длилось всего секунду, после чего новый удар, заставивший его отшатнуться, расставил все точки над «i». Отец получил фотки Рамина. Рамин каким-то образом сообщил ему, что за этим делом стоит он, Мика. Сделал ли он это нарочно, чтобы отомстить всем Сайларовым одним махом, или за деньги, как его родители, Мика не знал, да сейчас это не имело значения. Отец схватил его за грудки и все так же молча отшвырнул к окну.
Отлетев, Мика ударился спиной о подоконник. Сквозь зубы застонал от внезапной резкой боли, но это был далеко не конец – он понял это, взглянув на разъяренного отца. Эмран снова начал бить – по голове, по лицу, а когда Мика съежился, закрываясь, принялся избивать его ногами. Пара ударов ботинками по ребрам буквально взорвали грудную клетку. Мика задохнулся, едва сумев издать слабый крик, и скорчился на полу. Противостоять отцу он не смел.
Глава 36
Ощущая на удивление сильные пинки и удары Эмрана, парень поначалу хотел выждать, чтобы отец унялся и перешел к неизбежной ругани, но тот схватил его за футболку и попробовал поднять на ноги. Мика сжался еще больше.
– Встань, сволочь! – проскрежетал Эмран, и звук его голоса был отвратительнее скрипа металла по стеклу.
Однако Мика не был сам себе врагом и не шевельнулся. Тогда Эмран снова начал его бить, потом вдруг наступила передышка. Мика и на это не повелся, все еще закрывая голову, чувствуя, как из губы по щеке стекает кровь. Тупая ноющая боль растекалась по переносице. Он был оглушен и напуган. Отец никогда не бил его, если не считать нескольких шлепков в детстве, и он понятия не имел, насколько далеко тот может зайти.
Передышка и размышления заняли считаные секунды, а потом на тело пришелся такой удар, что Мика, не выдержав, заорал – Эмран пустил в ход кубок на тяжелой подставке, полученный сыном в старшей школе за соревнования по футболу.
«Он убьет меня!» – пронеслось в голове Мики, и он закричал:
– Надим! Надим!
Эмран снова ударил его, но тут, по счастью, подставка оторвалась и отлетела в сторону. Мика постарался отползти – не получилось. Отец придавил его спину коленом, и внезапно Мика почувствовал на виске прохладу. Она не принесла ни капли облегчения, а, наоборот, заставила его сердце закоченеть от ужаса. В контакт с его кожей вошло маленькое, но смертельно опасное дуло «Беретты».
Мика застыл, боясь шевельнуться. Один рывок пальцем, и пуля пробьет ему череп, не оставив шансов.