Олег резко повернулся, его лицо выражало удивление.
— Слабость? Ко мне?
Она кивнула, не глядя на него.
— А вы.., кажется, к своим желаниям... — тихо добавила она, улыбнувшись грустно.
Он подошёл ближе и осторожно обнял её.
— Ты не права, у меня никогда раньше не возникало такого чувства к женщинам, — его голос был полон нежности.
Он посмотрел на неё, его глаза были мягкими, но в них всё ещё горело желание.
— Но я остановлюсь.. сегодня, — сказал он, целуя её лоб и слегка сжимая её ладони в своих.
Глава 21
Они вышли из офиса под мерцающий свет вечерних фонарей. Город шумел, но между ними была гнетущая тишина. Анна шла чуть впереди, глядя прямо перед собой, будто стараясь не замечать шагов, звучащих рядом. Когда они дошли до машины Олега, она остановилась.
— Езжайте, я на метро, — сказала она негромко, но уверенно, даже не взглянув на него.
Олег не сразу ответил. Он открыл дверь машины и слегка нахмурился.
— Анна, садитесь, я вас подвезу, — его голос был спокойным и непривычно нежным.
Она резко мотнула головой и отмахнулась, словно это было лишнее:
— Нет-нет, всё в порядке, — её слова звучали поспешно.
Олег сделал шаг ближе, инстинктивно дотронулся до её руки, но она тут же убрала её, будто от огня. Её глаза встретились с его взглядом — испуганные, растерянные, и тут же отвернулись. Он замер.
Олег ничего не сказал, но внутри его словно что-то сжалось. Он не понимал, что заставляет её так отстраняться. Её реакция была болезненной, почти пугающей, и в этом молчании всё стало ещё более напряжённым.
Анна ощущала, как угрызения совести давят на неё со всех сторон. Она знала, что не может позволить себе этого. Всё, что случилось между ними, было неправильно. Олег — её начальник. Она только начала обустраивать свою жизнь, нашла стабильную работу, которую любила, и не стала переживать что Артём останется голодным, больше не было места для недостатка или страха за завтрашний день.
— Вы моя ассистентка, — наконец произнёс Олег, его голос звучал неловко, даже виновато. — Я не должен был так поступать. Я это понимаю. Я презираю себя за это. Но...
Он посмотрел ей в глаза, и в его взгляде было столько противоречий, что она не выдержала.
— Олег Николаевич, — перебила его Анна. Её голос дрожал, но в нём звучала твёрдость. Она подняла глаза, полные боли и растерянности. — Давайте остановимся на этом.
Эти слова прозвучали как удар. Олег отступил на шаг, будто не веря, что услышал правильно.
— Я не хочу...точнее я не могу, — начал он, но Анна уже не слушала.
— Я хочу работать в вашей компании. Долго и спокойно. Позвольте мне оставаться вашей ассистенткой. Только ассистенткой, Олег Николаевич.
Её голос звучал отчётливо и хладнокровно, но внутри Анна чувствовала, как слова режут её саму. Олег напрягся, его руки сжались в кулаки.
— Вы понимаете, что уже не будет как прежде, — произнёс он тихо, но в его голосе чувствовалось раздражение, боль и растерянность.
Анна вздохнула, будто готовясь к долгому объяснению:
— Мужчина и женщина работают бок о бок каждый день. Поддержка, общие задачи... из-за этого может возникнуть что-то большее, временное влечение. Это не ваша вина, и не моя. Это просто эмоции...инстинкты..
Она замолчала, и в наступившей тишине её слова звучали ещё громче.
Олег посмотрел на неё с легкой усмешкой, в которой было больше горечи, чем веселья. Она говорила о простых вещах — об эмоциях, которые можно взять под контроль. Но она не знала, что каждую ночь он засыпал с развратными мыслями о ней. Её лицо, её голос, её движения — всё заполняло его голову, доводя до грани. Она не могла понять, каково это — быть тем самым грязным начальником, которого разрывает от желания, и каждое утро пытаться скрыть это, здороваясь с ней, улыбающейся и беззаботной.
— Поэтому давайте каждый останется на своём месте, — закончила Анна.
Олег отвернулся, глубоко вдохнул, будто пытаясь собрать себя заново. Она ждала его ответа, но он ничего не сказал. Вместо этого он сел в машину, захлопнул дверь и, не глядя на неё, завёл мотор.
Анна стояла, слушая, как машина отъезжает. Её пальцы дрожали, она не была уверена, что поступила правильно. Слезы наворачивались, но она сдерживала их. Всё, что произошло, должно остаться в прошлом. Их миры не могли пересекаться больше, чем это позволено.
В груди всё сжалось, будто кто-то крепко схватил её сердце и не давал ему биться. Слёзы медленно подступали к глазам, заполняя их, но она упрямо гнала их обратно.