— Куда тебя отвезти? — голос отца звучал вкрадчиво.
— Ну… Это… — мялась, стесняясь произнести простое слово.
— Вита, говори, доченька, — твёрдо.
— Мне нужно в гинекологию на обследование, — выпалила, прикрыв глаза.
— Ты беременна? — тут же задал вопрос в лоб.
— Нет. Не знаю. Пока не знаю.
— А Глеб знает? Хитрый жук, подсуетился, — в голосе папы разобрала ревнивые нотки.
Он, как самый настоящий папа рычал, когда Глеб целовал меня или излишне крепко обнимал. И я бы солгала, если бы сказала, что мне это было неприятно. Я ловила каждую эмоцию папы, пыталась увидеть фальшь. Боялась, что всё будет так, как с Захаром.
— Нет. Пока не хочу говорить ему.
— Как знаешь. Я приеду через сорок минут. Отвезу в частную клинику к своей знакомой.
— Надеюсь, не к любовнице, — хмыкнула я.
— На глупые вопросы не отвечаю, — папа сбросил вызов.
Я хмыкнула. Кинула взгляд на экран и счастливо вскрикнула.
— Глеб! Любимый, — бросилась в ванную и бесцеремонно распахнула дверь.
Парень стоял голый на коврике и полотенцем вытирал волосы. Я застыла, приоткрыв рот и капая слюной на кафель. Какой он у меня красивый. Них живота свело сладкой судорогой. Как всегда рядом с ним я запылала от желания. Быстро облизала губы, шагнула в помещение. Положила ладони на гладкую грудную клетку любимого, провела пальчиками, после чего царапнула ноготками. Увидела, как дёрнулась и налилась желанием плоть любимого. Заскользила пальчиками вниз.
— Чёрт, Золушка, что же ты со мной творишь? Я же сейчас на всё забью и прямо здесь тебя возьму.
Я прикусила губу и отошла в сторону. Спрятала руки за спиной, чтобы не тянуться к парню. Понимала, что нам сейчас нельзя заниматься любовью. Скоро приедет папа. Он, конечно, знал, что наши отношения с Глебом вышли за рамки поцелуев, но он всё равно воспринимал меня, как ребёнка.
— Я пришла сообщить… — хрипло кашлянула. — Нас с Сашей развели. Теперь я свободна.
— Девочка моя, — Глеб шагнул ко мне, дёрнул на себя и впился в губы поцелуем. — Выходи за меня, Золушка. Стань моей женой.
— Конечно. Непременно. Да! Конечно, да!
Жадными поцелуями любимый покрыл моё лицо, прикусил нижнюю губу. Всосал в рот. Бедром почувствовала, что любимый возбудился ещё сильнее.
— Вечером поедем подавать заявление, — шепнул в губы.
Я взвизгнула и счастливо захохотала, стоило Глебу подхватить меня на руки и закружить в узком пространстве. Ладошками гладила лицо, скулы и гладкие щёки, любовалась сверкающими, невероятно счастливыми глазами своего любимого. Это счастье мы делили на двоих.
*****
Папа привёз меня в частную клинику, где меня без очереди принял врач. Осмотрел и отправил сдавать анализы. Я порадовалась, что не завтракала. После сделали УЗИ. Я с надеждой смотрела на экран, переводила взгляд на лицо врача.
— Ну что? Беременна?
— Нет, — женщина посмотрела на меня с удивлением.
В горле встал ком слёз. Врач тут же стала меня успокаивать, но я её не слышала. С огромным трудом сдерживала слёзы и ждала, когда выйду из кабинета.
Папа сидел на мягком диване, потягивал кофе. Стоило мне выйти, он тут же напрягся и весь подобрался. Плечи, обтянутые синей рубашкой будто ещё шире и внушительнее стали.
— Что? — нахмурился, когда по моим щекам градом покатились щёки.
В два шага преодолел расстояние, обхватил руками за плечи, склонился так, чтобы наши лица оказались на одном уровне. А у меня кончилась выдержка, я зажмурилась, уткнулась лбом в его плечо и зарыдала.
— Доча… Чёрт… Чудо моё… Что? Что такое? Что?
В голосе папы звучала паника. А я всё громче всхлипывала. С надрывом и болью. Папа спеленал меня руками, приподнял в воздух и понёс в сторону диванчиков. Усадил. Присел передо мной на корточки.
— Что? Что случилось? — пальцами гладил щёки, а сам был бледнее смерти. — Что-то плохое врач сказал? Осложнения?
— Я… Я не беременна, — выдавила из себя с пятого раза.
Плечи отца мигом опустились, он выдохнул с облегчением.
— Ты меня напугала, Вита. Боже, — прикрыл глаза. — Забеременеешь ещё. Родишь.
— Эта кроватка и вещи… Мне постоянно кажется, что я чувствую девочку… Я не знаю… Глеб, он не может отпустить… Я… — размахиваю руками, пытаясь объяснить. — Я так хочу ребёнка, пап.
— Ты ещё молодая. Всё получится.
— Мне двадцать два, папуль. Я закончу университет. Я готова взять ответственность. Я хочу ребёнка от любимого парня. А Глеб… Он хочет, но мне кажется, что… Он не может отпустить Любу. Я не могу объяснить, пап… Но эта кроватка. Я ночью просыпаюсь, а он сидит возле неё. Он никак не может её отпустить.