– Думаешь?
– Местный программист о чем-то догадывается, – раздался голос Билла, и я облегченно вздохнул. – Минхо взломал доступ к камерам и динамикам, но основную систему не смог. Жук оказался бесполезен.
– Стивен?! Он жив?
– Кто такой Стивен? – Уточнила Пэйдж, и я живо представил, как все ее лицо сморщилось от непонимания.
– Я же говорил тебе, что он дает насекомым имена.
– Билл, какие распоряжения? – Я не собирался слушать их болтовню.
– Через две ночи сокол прилетит с флешкой и наушником. Выберись из гаража, перехвати его и проберись в кабинет. Нужно ввести вирус напрямую, чтобы добраться до документов.
– Сопутствующий ущерб?
– Только рядовые солдаты, основных – не трогать. Приказ Анны.
– Она согласна с этим?
Повисла пауза.
– Она все видела. И вычеркнула светловолосого. Броуди, верно? Анна с ней разговаривает. Грегор пытается добиться с Анной встречи.
– Анна согласится?
– Да, только выйдет на связь не раньше, чем ты покинешь «Плазу». Нам поступило приглашение на свадьбу от Фрателли. Мы думаем, как все обыграть.
– Я не смогу незаметно проникнуть в кабинет, ты же понимаешь?
– Поэтому я, Пэйдж и Джекс здесь.
– Если Джекс с вами, то и …
– Правильный вывод, Ройс. Прежде чем покинешь гараж, выпей сыворотку.
Холод сковал мои кости, и беспокоился я вовсе не о себе.
– Ты не тронешь, Джиджи. – Это звучало не как утверждение.
– Тогда найди мне хоть одну причину оставить ее в живых. Пока что мы готовы взять только одного.
– Отключаемся.
Дверь скрипнула и отворилась. В проходе показалась Джиджи с контейнером и бутылкой воды. Ее взгляд показался мне потерянным, словно мысленно она находилась на задании. Я собирался поднять ей настроение шуткой, пока не заметил пластырь на виске.
– Какого хуя? – Вырвалось у меня. Джиджи остановилась и нахмурилась, не понимая, что со мной произошло. А во мне кипел гнев вперемешку с желанием убить того, кто причинил ей вред. – Он мертв?
– Кто?
– Тот, кто коснулся тебя.
– Да, – опешила она, продолжая стоять на месте.
– Подойди ко мне.
Сбитая с толку, она подчинилась моей просьбе и подошла. Меня не интересовала ни вода, ни еда, только ее здоровье. Я спешно осмотрел открытые участки кожи в поисках других ран. На шее у нее расцветали синяки, словно кто-то с силой сжимал ее. Новая волна ярости захлестнула меня. Джиджи непонимающе смотрела, будто никогда не сталкивалась с простым проявлением заботы.
– Как ты себя чувствуешь? – Спросил я, пытаясь усмирить бурю внутри себя.
– Я… – она резко сомкнула губы и тряхнула головой. – Что происходит, Ройс?
– Меня бесит сама мысль, что кто-то посмел ударить тебя.
Осознание промелькнуло в глазах Джиджи. Она опустилась рядом и отвела взгляд, будто пыталась прогнать из головы мои слова. Чертовы наручники не давали прикоснуться к ней. Я дернулся раз, два, намекая, чтобы она сняла их.
– Я не твоя забота, Ройс. И не забывай, что ты здесь пленник.
– Черта с два ты не моя забота, – прорычал я. – Броуди! Рэй! Принесите сюда херову мазь.
– Успокойся, – прошипела Джиджи, и очаровательный румянец окрасил ее щеки. – Будешь есть в одиночестве, если не замолчишь.
– Сними наручники, зефирчик, я хочу осмотреть тебя.
Она уставилась на меня как на идиота, но мне было плевать. Синяки на ее теле вызывали неистовое желание убивать. И я позволил этому желанию затопить сердце и разум. Джиджи могла утверждать, что в порядке и ей не больно, но я видел ее насквозь. Убийства всегда оставляли отпечаток, как бы сильно мы не убеждали себя, что делаем это во благо. Чтобы лишить кого-то жизни хватало двух секунд. Чтобы принять этот факт – годы.
– Пожалуйста, Джи, освободи хотя бы одну руку. Я только осмотрю тебя.
Маска невозмутимости трещала и осколками падала между нами. Джиджи вытащила из кармана ключи и потянулась к наручникам. Тихий щелчок заставил меня выдохнуть. Я медленно поднес руку к шее Джиджи и ласково провел пальцем по коже. Она прикрыла глаза, длинные пушистые ресницы затрепетали. Я обвел каждый синяк, словно одним прикосновением мог стереть его и забрать боль. Джиджи не дышала. Я мягко обхватил пальцами ее подбородок и вынудил посмотреть на меня.
– Это был последний раз. Никто больше не причинит тебе боль. Никто.
– Что на счет тебя, Ройс? – Тихо спросила она.
– Не намеренно.
Она открыла крышку контейнера. Запах мяса, риса и овощей забрался в ноздри. Я продолжал смотреть в ее глаза, не поддаваясь голоду. Сейчас меня волновала только Джиджи.