– А я не могу тебе этого объяснить. – Я устало вздыхаю. Ноги вдруг слабеют, и я из последних сил держусь, чтобы не рухнуть на диван и не зарыться лицом в ладони. – Ты не можешь понять, потому что я не могу тебе всего рассказать. Но, пожалуйста, Дэнни, пожалуйста, верь мне. Так будет лучше.
Протянув руки, он делает шаг ко мне. Я уклоняюсь от его объятий и спешно пересекаю комнату. Заметив на кресле свой плащ, подхватываю его и накидываю на плечи.
– Мне пора. Прошу тебя, присмотри за Оскаром за меня. Знаю, с ним нелегко, но ему нужен кто-то, кому он небезразличен.
– Ты знаешь, как я к нему отношусь. – Дэнни не последовал за мной, оставшись у окна. – Я позабочусь о нем.
В его глазах боль, и мне хочется броситься к нему и уступить, но я держусь.
– До свидания, доктор Гейл, – глухо говорю я.
Открываю дверь гостиной и тихо ахаю, обнаружив за ней Китти с подносом в руках. Она подслушивала? Сколько она услышала?
– Уже уходишь? – спрашивает Китти, торопливо отступив. Ее щеки окрашивает стыдливый румянец. – Но обычно ты остаешься до захода солнца.
– Не сегодня, Китти. Прости, – выпаливаю я. Надеваю на голову капюшон и иду к входной двери. – Вернусь, как только получится. Спасибо вам!
– Клара, подожди! – кричит Китти мне вслед.
Но я уже прикрываю за собой дверь.
Глава 6
Обратный путь проходит без происшествий.
Возница, как и обещал, ждет меня на причале. Он кажется намного уродливей после проведенных в моем мире часов. Уродливей и нелепее, точно персонаж из детской сказки. И морлеты, со своими выгнутыми под поводьями шипастыми шеями и жующими удила клыкастыми пастями, пугают как никогда. Подходя к ним, я содрогаюсь.
За переходом между мирами всегда следует период адаптации. Обычно он длится всего несколько часов, после чего мои сердце, разум и тело вливаются в привычный для Эледрии ритм жизни. В этот раз, подозреваю, привыкание займет больше времени.
Я решаю ехать не рядом с возницей, а в карете. Тролль не выглядит обиженным. Он помогает мне сесть в карету и плотно закрывает дверцу, но стоит морлетам тронуться, как я сожалею о своем решении. Меня начинает укачивать и мутить.
Но муть в голове куда хуже.
Я вновь и вновь вижу, как Оскар принимает нектар ротли. Вновь и вновь слышу, как он говорит о своей возлюбленной, сравнивая свою страсть с моими чувствами к Дэнни. Вновь и вновь ощущаю прикосновение губ Дэнни.
Я касаюсь пальцами своих губ. Закусываю нижнюю.
Мы с Дэнни никогда не целовались до этого. Я часто думала о том, каково будет целоваться с ним, что я почувствую и как отреагирую. Поцелуй – резкий поворот в наших отношениях. Раньше мы не говорили о чувствах. Осознавали и принимали их, но не обсуждали и уж точно не действовали.
Теперь все иначе. Дэнни поцеловал меня. Признался в любви. И я…
Отвергла его.
– Все не так просто! – яростно шепчу я. – Конечно, я люблю Дэнни! Конечно, хочу быть с ним!
Это правда. Я почти уверена в этом. Если бы не мои Обязательства, если бы не разделяющие нас долгих десять лет, я бы без колебаний приняла его объятия и даже ответила на них. Так ведь?
Я прижимаю к вискам сжатые в кулаки руки. Вот тебе и спокойный день вдали от Веспры! Принц будто знал, что, посетив дом, я буду рада вернуться в Обреченный город. Бедствие в виде рейфов ничто по сравнению с отчаявшимися братьями и потенциальными возлюбленными!
Мучительные мысли кружат и кружат в голове, пока копыта морлетов наконец не ударяются о мостовую и плавная езда не сменяется немилосердной тряской, длящейся до самых ступеней дворца. Я чувствую себя избитой и помятой, когда возница открывает дверцу кареты, откидывает подножку и предлагает здоровенную ручищу.
По ступеням я взбираюсь медленно и устало. Дверь мне открывает стоящий наверху стражник – молчаливый, каменнолицый и устрашающий. Я иду по резным коридорам дворца, и по телу бежит дрожь.
Вызывает эту дрожь осознание, что дворец стал привычен.
Я не хочу этого. Не хочу привыкать, не хочу чувствовать себя здесь комфортно. Стоит расслабиться, и я сразу стану уязвима для всех тех опасностей, что скрываются в тенях дворца. Нужно быть настороже. Страх тут подобен броне. Он поможет мне остаться в живых.
Я направляюсь по извилистым коридорам в свою комнату. Путь туда неблизкий. Дворец похож на город – большой пустой город, настолько малонаселенный, что можно часами тут бродить и не наткнуться ни на одну живую душу.
К счастью, моя комната не пустует. Едва я переступаю порог, как меня встречает звонкий серебристый голос:
– Госпожа!
Удивленно обернувшись, вижу у гардероба служанку с охапкой голубой ткани.