В дверь стучат.
– Что? – рявкаю я.
Дверь открывается. Заходит Лоуренс с подносом наперевес.
– Время чая, господин. Как обычно.
Я откидываюсь на спинку кресла и наблюдаю за своим Должником, водружающим поднос на стопку гримуаров и недописанных заклинаний. Он снимает с блестящего черного чайника стеганый чехол. Из носика вырывается клубящийся пар.
– Видел, как мисс Дарлингтон торопливо покидала библиотеку, – говорит Лоуренс, положив на чашку серебряное ситечко и осторожно взболтнув содержимое чайника. – Она ушла на весь день?
– Если повезет, – недовольно отзываюсь я.
– Это очень мило с вашей стороны. – Лоуренс льет дымящуюся черную жидкость сквозь ситечко, на котором остаются чаинки. – Осмелюсь спросить: как проходит ее обучение? Она справляется?
Смотрю на него исподлобья.
– Откуда такой интерес к нашему новому библиотекарю?
– О, я интересуюсь просто так, господин. Без всякой на то причины. – Лоуренс ставит чайник на поднос и подает мне чашку, хотя я и сам могу до нее дотянуться. – Вы будете ужинать в одиночестве?
Я выхватываю из его руки чашку, плеснув чаем через край.
– У меня есть другие варианты? – Я залпом выпиваю чай, обжигая горло горячей жидкостью.
– Просто я не знаю, распорядиться приготовить ужин на одного или…
– Я не намерен менять устоявшиеся привычки. – Вытерев рот, со стуком опускаю чашку на поднос и взмахом руки велю слуге его забрать. – В твоих обязанностях ничего не изменилось.
– Как пожелаете, господин. – Должник берет поднос и поворачивается, чтобы уйти.
– Лоуренс.
Он смотрит на меня через плечо, вопросительно подняв брови.
– Да, господин?
– Распорядись приготовить ужин на двоих.
Лоуренс едва заметно дергает уголком рта.
– Как пожелаете, господин.
Клара
Глава 3
Поднявшись на первый этаж, я первым делом достаю из лифта отобранные мною книги. Подойдя с ними к столу Микаэля, вижу, что принц уже отдал ему томик с незаконченным заклинанием. Еще семь лежат возле локтя Микаэля. Отодвинув их в сторону, он листает мою книгу: медленно и осторожно, чтобы не выпустить рейфа.
Прервавшись, он смотрит на меня. В бледном свете лампы его глаза красны от усталости. Лицо Микаэля озаряет улыбка, и меня в который раз поражает его красота. Мне сказали, что в нем есть кровь фейри, что его мать, Нэлл Силвери, как и принц, ильбридианка: получеловек-полуфейри, обладающая уникальной силой смешанной магии.
В Микаэле гораздо меньше крови фейри, чем в его матери, поскольку его отец – чистокровный человек, тем не менее он очень сильный маг. И необыкновенно красивый. Досадно красивый, несмотря на рыжую шевелюру, веснушки и долговязые конечности. Любого другого мужчину подобные особенности делали бы заурядным, но не Микаэля Силвери. И улыбка у него потрясающая. На нее невозможно не улыбнуться в ответ.
– Мисс Дарлингтон. – Он закрывает книгу, заложив нужную страницу пальцем. – А я вот тут наслаждаюсь крайне захватывающей историей. Не успел я отправить вас на шестой этаж, как вы уже столько всего понаписали! Это все ваше новое перо!
Последнюю фразу Микаэль произносит насмешливо, но остальное – искренно и с чувством. Закатив глаза, пожимаю плечами. Мне приятна его похвала: он всегда хвалит меня непринужденно, а не с неохотой, как принц.
– Заклинание достаточно крепко? – спрашиваю я, кивнув на книгу. – Я не знала имени рейфа.
– Не переживайте. Вам нужно запомнить еще невероятное количество имен. Никто не ждет, что вы заучите их за неделю.
Он, может, и не ждет, а вот принц очень даже! Похоже, он ждет от меня одновременно и каких-то чудес, и провала.
Я кладу четыре отобранных на шестом этаже книги поверх и так высокой стопки Микаэля.
– Простите за дополнительную работу.
– Не ты даешь мне ее, а библиотека. – Он вздыхает, откладывает мою книгу и постукивает по ней пальцем. – Удивительно хорошее заклинание. Скреплю его привязкой, и оно будет держать Нагуаля несколько недель. Как оно пришло тебе в голову?
Я бы ответила, только слов подобрать не удалось. Помнится, отец каждый раз задавал похожие вопросы, возвращаясь домой с какого-нибудь светского мероприятия: «Меня спрашивают, как ты выдумываешь такие удивительные истории?» Как будто писатели знают ответ на этот вопрос.
Правда в том, что я вообще не ощущаю написание заклинания. Я проживаю историю, а не пишу ее. И если бы рейф убил меня в мире Кошмаров, то в реальном мире я бы тоже умерла. Может, в физическом мире моя откушенная голова осталась бы при мне, но меня уж точно нашли бы безжизненной где-нибудь на шестом этаже.