- Леша, спать с обслугой низко. - В этот момент ее рука опускается на его бугор в штанах. - На такие случаи есть я.
- Почему? Тебя же я трахаю. – спокойно произнес Дробышев и убирает руку девушки. Словно она ему противна.
Девушка унижена, и, чтобы спасти остатки своего достоинства, которое она очевидно потеряла задолго до этого дня, она фальшиво рассмеялась и пошла за столик, злобно стрельнув в меня взглядом.
Алексей Дробышев садится за столик следом за своими друзьями. Компания делает заказ. Все это время он изучает меня, открыто рассматривая.
Руки трясутся. Мой инстинкт самосохранения кричит «Беги! Спасайся!».
- Леш, что ты делал с бедной девочкой? Она же сейчас от страха умрет. Может лучше я ее возьму, а? – засмеялся один из мужчин, разглядывая меня откровенно. – Не бойся, я буду нежен с тобой.
Леша посмотрел на него многозначительно, от чего от сразу же перестал улыбаться.
- Она уже уходит.
Я осторожно метнула на него взгляд.
Мне было до боли обидно. Неужели у меня на лице написано «Шлюха».
Почувствовав, что сейчас разревусь навзрыд, вылетаю из вип зоны.
Дрожащей рукой потерла шею, затем запястья. Завтра будут синяки. Я ощущаю себя сошкой в большом мире, где правили такие, как Дробышев, Зубарев и Женя. Закрываюсь в дамской комнате. Нужно спустить пар. Проревевшись, я вышла и умылась.
«Еще в отличие от Зубарева я не насилую женщин» - вспомнила его слова. Он дал мне понять, что не собирается брать меня силой. От его слов не стало легче. Я ему не верю. Не верю никому. Моя вера была сломлена два года назад.
Чувствую себя отвратительно. Увидев себя в зеркале, ужаснулась. Губы распухли, волосы растрепаны. Разве такого я заслуживаю?
Мне говорили, что у меня аристократические черты лица, но вот толку то от этого. Уже который раз меня принимают за проститутку.
Мысли переметнулись к той девушке. Длинноногая блондинка с идеальной фигурой – вот на таких мужчины западают. Нельзя не заметить, что смотрелись они гармонично. Она идеально подходила к образу Дробышева. Идеально сидящее платье, идеальный макияж и волосы, золотистый загар. Жаль только, что изнутри она была настоящей стервой. Дробышев был грубым и беспощадным. Они стоят друг друга.
Я остановилась у бара и тряхнула головой. Дробышев не идет у меня из головы. Тело все еще ноет от его грубых ласк. Мне стало мерзко от всей этой ситуации. После ночи с Женей я пообещала себе, что мой следующий раз будет только по любви, с мужчиной, который меня ценит и уважает. А что касается Дробышева, то он привык получать свое ровно тогда, когда этого захочет. Но меня он не возьмет. Я не вещь, которой можно пользоваться, когда вздумается.
Внутри чувствую разочарование. Я его хотела, и он меня тоже– это факт, но не так все должно быть.
Мы с ним из разных миров, я буду тихо обитать в своем мире, а он - в своем, и мы никогда больше не пересечемся.
Мне жутко хотелось плакать, но я не могла этого позволить на рабочем месте.
Машка смотрела на меня с недоумением, когда я прошла на кухню. Я не сразу заметила ее. Она стояла слева от меня.
- У тебя губы распухли. Целовалась с кем-то? – бесцеремонно поинтересовалась она.
- Нет, поела острое, вот и все – как можно убедительнее произнесла я и поспешила к клиентам.
- Ну да, острое она поела. – услышала я, когда стремительно выходила из кухни.
Было около трех утра. Сегодня в клубе полный аншлаг. Я ненадолго присела у бара, и тут же из вип-зоны на втором поступил вызов. Я не хотела идти, но поблизости никого из официантов не было. Рыдания в туалете не прошли даром. Сейчас я чувствую себя лучше. Я нехотя поплелась на второй этаж.
Подозрительно тихо. Обычно в параллель с музыкой слышался смех и голоса, но сейчас играет только музыка. Осторожно открываю дверь. Когда я осознала, что происходит, моя челюсть отвисла от увиденного. Дробышев сидит на диване, а под столом на коленках елозит та самая красотка, что назвала меня обслугой. Дробышев откинулся на спинку дивана. Увидев его улыбку и затем темные глаза, наблюдающие за мной, я резко подаюсь назад, позабыв, что стою слишком близко к дверному косяку. Я разворачиваюсь и всем телом врезаюсь в металлическую поверхность. Боль затуманила мой разум. Держусь за лоб. Слышу его громкий смех. Выбегаю и направляюсь к лестнице быстрым шагом.
Зачем было вызывать официанта, когда ты занимаешься таким! Личность этого человека была для меня загадкой, которую я не хотела разгадывать.
Алексей Дробышев