Невольно я залюбовалась им. Мужественное лицо, сильные загорелые руки, запах его тела, который сводил с ума. Я не знала, чего хочу. Когда его нет рядом, я чувствую, что хочу увидеть его, но стоит ему появиться рядом, мои страхи просыпались. Эта неопределенность пугает. Еще меня пугает его напор. Я знала, что если он решит, то получит все, что хочет, в том числе и меня, но он не торопится. С момента нашей первой встречи он сильно изменился. Стал более терпеливым, хоть иногда и позволял себе вольности и прямолинейность.
После вчерашнего разговора я поняла, что мне не стоит его бояться. Да, он может быть грубым, упрямым, скрытным, но он никогда не станет унижать достоинство человека, стыдить его за что-то. Для него все просто. Он быстро находит решение проблем и продолжает уверенно идти по жизни.
- Чего так смотришь? – спросил он, не открывая глаз.
- Да вот думаю, какой подушкой тебя придушить. – весело произнесла я.
- За что?
- За то, что принес меня в свою спальню.
- Скоро это будет твоя комната.
- Не будь таким уверенным – съязвила я и попыталась встать, но он крепче сжал меня в своих объятиях.
- Мне нужно уехать на четыре дня.
- Уехать? Куда?
- В Новосибирск…по работе. Без меня там не справятся.
Четыре дня? Я обрадовалась, что смогу провести это время одна, привести мысли в порядок. Затем появилась какая-то тяжесть в груди. Я никак не могу понять причину. Мне ведь нужно радоваться, что его не будет рядом.
Он видит мою легкую улыбку и тяжело вздыхает.
- Хочешь поговорить о вчерашнем?
Моментально становлюсь камнем в его руках.
- Ты все это держишь в себе. Расскажи, станет легче.
- Могу спросить?
- Конечно.
- Это правда, что я была не первой его жертвой?
- Правда.
- Я сама виновата. Видела ведь, как он ко мне относится, но терпела все.
- Ты была маленькой глупой девочкой. Вот и все.
- Только не жалей меня. Мне это не нужно.
- Разве похоже, что я жалею тебя?
Не знаю, что на меня нашло, но я решаюсь сказать это:
- Но ты больше не приходил ко мне после…ну, то есть, не то, чтобы я ждала…
Поднимаю на него глаза. Вижу его самодовольную улыбку.
Вскакиваю с кровати, но он рывком притягивает меня к себе. Замечаю, что он полностью обнажен. Закрываю глаза. Он снова смеется.
- Ах, ты, вредина моя. Значит, все-таки ждала меня.
Чувствую, как лицо заливается краской.
Затем он тяжело вздыхает, берет мое лицо в свои руки.
- Если бы я пришел, то не смог бы себя контролировать. Я не привык ко всем этим нежностям. Обычно я жестко трахаю женщин, так, что они кричат, но не от боли, а от наслаждения.
Тут же представляю его в постели с Эстеллой. Что это? Ревность? Да, это именно она, как ложка дегтя.
- Если я начну, то уже не остановлюсь. Ты будешь сопротивляться, я могу причинить тебе физическую боль.
Его слова тронули меня. Почему он думает о моем комфорте? Хочу обнять его, прижаться к нему всем телом.
- Поэтому ты бегаешь к Эстелле?
Снова его улыбка растягивается до ушей.
- Ты ревнуешь?
- Пусти! Нет. Ты никто мне. Зачем мне тебя ревновать?
- Я тебя волную, не пытайся скрыть это. Если бы я был тебе противен, ты бы не кончила тогда.
Широко распахиваю глаза. Наш разговор ушел в слишком интимное русло. Я не привыкла открыто обсуждать такие темы.
Лицо снова краснеет.
После завтрака его словно подменили. Он стал деловым и серьезным. К тому же оставил мне четкие инструкции. Основное правило - я не должна пускать в дом посторонних, даже мои занятия с фитнес-инструктором были отменены. После он отправился на самолет.
Наше прощание было коротким. Лицо его было серьезным, холодный взгляд смотрел словно сквозь меня. Мне стало обидно. Отчаянно ловлю его взгляд, но он так и не взглянул на меня.
Дни тянулись мучительно долго. Валентина Дмитриевна пыталась занять меня рассказами о своей жизни, готовкой. Ей удавалось отвлечь меня ненадолго. Даже есть не хотелось. Я бродила по огромному дому, похожему на замок. Он словно опустел без Чудовища. За это время я привыкла к его изучающему, порой даже вызывающему взгляду. Я приходила в его спальню. В этой комнате все еще был его запах. Даже подушки пахли им. Я не замечала, как засыпала в его постели.
Прошло три дня. Леша все еще не выходил на связь. Его люди не могли ответить ничего вразумительного. Я устроила скандал, когда мне не позволили поговорить с ним по телефону. У них есть его номер, но позвонить они отказывались. Жора все это время ходил за мной тенью. Меня раздражало постоянное его присутствие. Когда я пыталась поговорить с ним о Леше, он отвечал одно «Не положено». Была от него одна польза - он охотно говорил со мной о маме и передавал мне приветы от нее. Дата операции не раскрывалась. Очевидно, Леша не хотел, чтобы я волновалась.