- Где я? Где моя мама?
- Ты под моим присмотром. Я не знаю, где твоя мама. Ууу… истерика… так, сейчас
Он выходит из палаты и возвращается минут через пять со шприцом.
- Нет, я не хочу – взмолила я, но его это не останавливает. Мужчина вводит мне какой-то препарат, от которого я сразу же погружаюсь в сон.
Голоса в моей голове заставляют открыть глаза. Нет, это все наяву.
- И сколько ей восстанавливаться? – произносит женщина, чье лицо я не могу увидеть.
- Три недели, может чуть больше. Если бы он не избил ее так сильно… на спине нет живого места. Хлыстом мучить девочку…у нее же шрамы останутся.
- Да уж, ладно. К клиентам в таком виде мы ее точно не будем пускать. Пусть лечится. Док, ты уж постарайся ускорить процесс.
- Сделаю все, что от меня зависит, Ванесса.
Ванесса выходит из палаты.
- Пить… - я не узнаю свой голос. Тонкий и надрывистый.
- О, проснулась уже. Так, давай, только не двигайся. У тебя спина сильно повреждена.
Я заерзала, чтобы проверить его слова, и почувствовала острую боль.
- Я ж говорю, не шевелись.
Мужчина подносит стакан воды с трубочкой. Ловлю соломку губами и жадно выпиваю всю воду, слегка приподняв голову.
- Поспи, ты еще слаба.
- Нет, где я, расскажите мне все.
- Ну хорошо. Тебя привезли люди Константина Зубарева. Я за тобой присмотрю, пока ты восстанавливаешься.
- А потом что?
- А потом тебя отпустят.
- Я вам не верю. Я все слышала.
Он тяжело вздохнул.
- Тебя отпустят, и ты будешь работать на Зубарева. Слушай, я знаю, что случилось. Тебе повезло, что ты осталась жива после этого, поэтому радуйся и не гневи своего работодателя.
Стараюсь улыбнуться.
- Я его убью. Он изнасиловал меня, избил, а мне еще и работать на него? Вы в своем уме?
- Ну смотри. Тебе отсюда не сбежать. За двадцать лет работы этого дома отсюда еще никто не сбежал. Хотя, большинство находятся здесь абсолютно добровольно. Была одна девушка, пару лет назад разозлила Константина Валерьевича, так он вывез ее в Катар. Теперь каждый час у нее новый клиент. Она не успевает ноги раздвигать. Причем бордель грязный, полная антисанитария. Думаю, ты не захочешь пойти по ее стопам. Здесь же тебя будут покупать богатые люди. Девочки здесь высшего сорта. Многие модели сами приходят к нам на подработку. Искать никого не надо, сарафанное радио, база клиентов – все это у нас есть.
Внутри все давит от новости.
- Я в борделе нахожусь?
Пытаюсь встать с кровати, но жгучая боль в спине не дает мне даже сесть.
- Я же сказал, даже не пытайся. Тебя пороли. Вся спина в порезах и глубоких ранах.
- Вы издеваетесь? Вы понимаете, что все это незаконно! Я не хочу здесь находиться. Лучше убейте меня! Я не проститутка, чтобы продавать свое тело!
Я кричала так сильно, что в дверь стали заглядывать. Внезапно дверь распахнулась. Вошла та самая Ванесса, что была здесь несколько минут назад.
- Чего орешь? Тебя мало били?
- Отпустите меня!
- Ты что, сказал ей уже?
Мужчина кивнул, тогда она продолжила:
- Нет. Ты никуда не пойдешь.
- Тогда убейте меня!
- Милая моя, смерть – роскошь для тебя. Нам всем тут головы оторвут, если ты умрешь. Это слишком просто. Ты будешь тут работать. Это приказ хозяина. Если будешь сопротивляться, тебя сдадут в какой-нибудь арабский притон. Была у нас уже история такая. Поняла?
Она рассматривает мое лицо и морщится.
- Ладно, док, пошли. Только забери стакан, а то она тут вены себе вскроет стеклом. И не смей орать! – последнее было предназначено мне.
Все же я решаю не сдаваться. Кричу, зову на помощь, но все бесполезно. Руки трясутся.
- Нет…нет…это сон..это сон. Леша разбудит меня. Мы спим в нашей спальне. Еще чуть-чуть и разбудит меня.
Рыдания раздаются эхом.
Я словно во сне. Такого не бывает и не может быть. Никогда не думала, что в двадцать первом веке могут ТАК ограничивать свободу. Я ненадолго успокаиваюсь, но мысли возвращаются к Леше.