Я разделась перед большим зеркалом и повернулась, чтобы увидеть свою спину. Глаза расширились от ужаса. Кожа усыпана глубокими еще розоватыми шрамами. Длинные полосы «украшают» мою спину. Я провожу подушечками пальцев и чувствую грубый рельеф. Помню каждый удар, который Зубарев наносил, но я даже и не подозревала, что это будет выглядеть так ужасно. Эти шрамы станут напоминанием о моем нравственном и физическом мучении, о днях, когда я молила Бога о смерти. Отныне мое тело стало заложником в этих холодных стенах. Лишь одно не давало мне покончить с собой – я должна найти маму. Я знаю…чувствую, что она с Денисом. Он спрятал ее. Когда я выберусь отсюда, то найду их. Я возвращаю бритвенный станок обратно на полку и встаю под холодные струи воды.
Док входит практически сразу, как только я выхожу из ванной.
- Ну вот. Другое дело. А теперь собирайся. Тебя ждет Ванесса. Только держи свой колкий язык при себе. Она не будет терпеть, как я. Разозлишь ее, отдаст тебя извращенцу.
- Я не пойду.
- Дура, включи мозги. Тебя отправят в грязный бордель. Ты этого хочешь? А так будет два-три клиента в неделю. Если понравишься кому-нибудь, тебя выкупят на несколько недель, пока не надоешь.
- Что значит выкупят?
- Это значит, что у тебя будет только один мужчина до тех пор, пока ты ему не надоешь.
Внезапный приступ тошноты разозлил мужчину. Я не успеваю добежать до ванной.
Он скривил губы.
- Так, иди умойся. Я пока вызову уборщицу. И пошевеливайся! Ванесса не любит ждать.
Как я успела заметить, здание состоит из четырех этажей. Кабинет Ванессы находился на четвертом. Я поднимаюсь на лифте с третьего. Всюду царит дух элитарности. Все было оформлено со вкусом, но местами даже слишком роскошно. Вхожу в кабинет женщины и прохожу к ее столу. Ванесса одета в стильный костюм, волосы же собраны в легкий пучок. Элегантная и красивая надзирательница в этом аду.
- Хм, я вижу ты пришла в себя. Отлично. Значит, можно добавить тебя в каталог. Сегодня будет фотосессия. После тебя переведут в твою комнату. Значит так: я здесь главная. Если вдруг кто-то из клиентов пожалуется, я сниму с тебя шкуру и продам арабам. Они любят делать с русскими девочками такое, что тебе даже не снилось. Превратишься в конвейер для траха. Поняла?
Уставилась в одну точку и не реагирую.
- Отлично. Будем считать, что ты все поняла.
Затем она берет свой айфон.
- Миш, ты еще не уехал? Супер. К тебе сейчас поднимется новенькая. Сделай ей фото для базы…да, она у меня.
Когда она отключает телефон, я ловлю ее злобный взгляд.
- Не понимаю, что в тебе нашел Дробышев. Ни рыба, ни мясо. Кроме красивой мордашки больше ничего нет. Эх, классный был мужик. Зря подставился из-за малолетки.
Ее слова больно задели меня.
- То, что было между нами, не твое собачье дело. Тебе и твоему Зубареву далеко до него.
Она громко рассмеялась.
- Ты думаешь, он тебя любил? Наивная…
Смех эхом раздался в кабинете.
- Смейся дальше. Я посажу вас всех. Вот увидишь.
После моих слов она сузила свои глаза и прошипела:
- Я лично позабочусь, чтобы тебя выбрал наш самый жестокий клиент. А теперь встала и пошла вон.
Я вылетаю из кабинета, еле сдерживая слезы. Мне хочется наброситься на эту ведьму, проучить ее, но я не могу. Одно ее слово, и меня отправят в более ужасное место. Нужно держать себя в руках. По крайней мере я вывела ее из себя, лишив самообладания. Да как она смела говорить о Леше!
На выходе меня встретил молодой парень лет двадцати пяти.
- Это тебя надо снять? Блин, какая ты бледная. Ладно, пошли, сначала тебя накрасят, потом подберем наряды.
Мне нарисовали свежее и румяное лицо, словно я только что вернулась из отпуска. Визажист крутилась возле меня, подбирая косметику и оттенки.
- Слушай, да ты красотка. И все свое, без пластики. Ты будешь здесь популярна.
- Это последнее, чего бы мне хотелось.
- А зря. Ладно, у нас будет съемка в платье, белье и аля натурель, т.е. ню.