Мы входим в номер. Отвечаю на звонок.
- Алексей Владимирович, ужин готов.
Смотрю камеры и снимаю блок с лифта.
На столе два стейка медиум. Соня все еще у окна. Я наблюдаю за ней.
Раньше меня никто и никогда так не интересовал. Я уже не смогу ее отпустить. Кто бы знал, что я захочу расстаться с холостяцкой жизнью и перестать трахать кого пожелаю. Точнее теперь я желаю только ее. С момента той трагедии никого и близко не подпускал к себе. Лишь жестко трахал и тут же уходил. А эта маленькая ведьмочка перевернула все вверх дном в моей жизни, пролезла под кожу.
Внезапно она произносит:
- Леша, спасибо, что не бросил меня.
- Сонь, ты думала, я мог оставить тебя там?
Я подхожу ближе и обнимаю ее за плечи. Она дрожит. Затем бросается мне на шею. Такая маленькая, худенькая. Вжимается в меня, как котенок.
- Мне было так плохо без тебя. Думала, тебя убили. Я не вынесу, если все это сон, и я проснусь сейчас в том ужасном месте.
Вдыхаю ее аромат, зарываюсь в волосах.
- Это не сон. Я рядом и не отпущу тебя. Больше не позволю себе таких ошибок. Я его недооценил.
- Где мама?
- С ней все хорошо. Ее прооперировали, проходит реабилитацию. Сейчас она живет с мамой Дэна. Я сказал, что ты в безопасности, но все еще скрываешься от Зубарева. Она не знает, что произошло.
Напряжение ее отпустило.
- Я боялась спросить. Думала, Зубарев добрался и до нее. Когда я смогу ее увидеть?
- Пока нельзя. Я дам тебе телефон. Ты сможешь говорить с ней сколько захочешь.
- Спасибо.
- Расскажи мне все. С момента, как мы расстались с тобой в день нападения.
Почувствовал, как она снова напрягается.
- Не могу…точнее не могу рассказать все.
- Почему?
Отстраняюсь, поднимаю ее лицо за подбородок, заставляя взглянуть мне в глаза. Замечаю легкий огонек в ее глазах. Она словно кричит о помощи, но я не знаю, что случилось и как ей помочь. Точнее догадываюсь, но хочу услышать все от нее.
- Ты не захочешь быть рядом после того, что я тебе расскажу.
- Ошибаешься. Теперь я тебя тем более никому не отдам. Ты моя, тебе ясно?
Она спрятала лицо.
- Ладно. Поешь. Тебе нужно набираться сил.
После ужина она приняла душ.
Закутанная в махровое полотенце она быстро выходит.
- Есть что-то закрытое?
- Не понял?
Она протягивает мне легкое платьице с открытыми рукавами. В номере тепло, поэтому необходимости в теплых вещах нет.
И тут до меня дошло.
Софья.
Если я надену это, он увидит мой позор и больше никогда не взглянет на меня. Моя просьба ввела его в замешательство. Он непрерывно смотрит мне в глаза, прожигает насквозь своим огнем. Надо признаться, его огонь согревает меня. Заставляет очнуться от холода и тьмы. Все время, что я была там, мне не хватало его огненного взгляда. Я закрывала глаза и пыталась представить его.
Внезапно его лицо становится суровым. Он встает и одним рывком поворачивает меня спиной. Я ощущаю прохладу на спине. Он держит меня крепко.
- Не надо – жалко произношу, но он не останавливается.
Он медленно стягивает халат с моих плеч, пока его взгляду не открывается мое уродство. Из его уст вырываются проклятия.
- Это он сделал?
Ком в горле не дает вымолвить ни слова. Жгучие слезы стекают по лицу. Теперь его отношение ко мне изменится.
- Я тебе клянусь, он ответит за все. За каждый нанесенный удар я заставлю его поплатиться.
Леша охватывает меня руками и прижимает мое содрогающееся от слез тело к себе. Затем ощущаю его губы на своей спине, его руки дотрагиваются до спины, нежно гладят, задерживаясь на каждом рубце. Его запах окутывает меня, я оказываюсь в коконе нежности. Как же я мечтала снова почувствовать тепло его тела, ощутить уверенность и спокойствие, исходившие от него.
Он надевает халат обратно.
- Расскажи мне.
Он не прерывал зрительный контакт со мной. Когда я очередной раз запнулась, он взял мои руки в свои и крепко сжал. Я закончила свой рассказ, не упуская ни единой детали. Рассказала все.