Конечно, здесь были и другие женщины. Это объясняло его беззаботный тон в разговоре о чем-то смертельно серьезном. Этот парень, вероятно, повторял одно и то же каждой захваченной женщине.
— Ну же, — сказал он с усмешкой. — Я здесь, чтобы отвечать на вопросы, но для этого ты должна их задать. Ранее мы крутили отличный ролик для всех прибывших сегодня. К сожалению, ты все проспала. Не хотелось бы, чтобы ты провела целый день, не зная, почему здесь оказалась.
Я схватила одеяло и набросила его на ноги, будто это могло скрыть нарастающее отчаяние, разливающееся внутри. Секунду назад у меня было столько вопросов. А сейчас? Они просто… исчезли. Остались только разбитые вдребезги нервы.
Хотела ли я вообще с ним говорить? Нет.
Но ответы нужно было откуда-то получить.
— Кто вы такие?
— О! — Скрестив руки на груди, он одобрительно кивнул. — Я тот, кого в галактиках называют ветусианцем. Как ты, я уверен, уже поняла, мы не сильно отличаемся от вас. Короче говоря, мои предки покинули Землю, когда планета была еще молодой и довольно непредсказуемой. Они поселились на планете под названием Култум. Твои предки остались. Разделение континентов уничтожило многих из тех, кто остался на Земле. — Он пожал плечами. — Вы восстановились. Просто так и не вернулись к межзвездным полетам.
Зрение снова поплыло, разум подкашивался под тяжестью всей этой информации.
— Отхлебни кофе, Иден.
— Откуда ты знаешь мое имя?
— Ты сама сказала хирургу во время второго приема, — произнес он, озабоченно нахмурившись. — Пожалуй, мне стоит внести еще одну пометку в твое дело, чтобы мы уменьшили дозу седативного, если оно понадобится в будущем. Такой потери памяти быть не должно.
Я почувствовала опустошение.
Я едва могла осознать текущую реальность, не говоря уже о том, чтобы сформулировать связную мысль. Разве у меня не должно быть бурной реакции на все это? Броситься на дверь, если она вообще есть? Кричать? Сопротивляться?
Возможно, я не реагировала из-за того, что он мне ввел. Либо я просто сходила с ума.
Что им от меня нужно? Конечно, я могла спросить его об этом, но была ли готова услышать ответ? Разве мне не нужны ответы, если я хочу выбраться из этого… чего бы то ни было…
В голове был полный кавардак.
Я сделала несколько успокаивающих вдохов и взяла кофе. Сделала глоток, чувствуя, как жидкость стекает по сжатому горлу, прежде чем вернуть кружку на тумбочку. Они меня еще не убили. Хорошо это или плохо — я не знала.
— Этот переход, — медленно проговорила я, изо всех сил стараясь сохранять рассудок. — Ты хочешь сказать, что вы вторглись на Землю и собираетесь здесь остаться?
Он издал ленивый смешок, уголок его рта дернулся.
— Мы стараемся не называть это вторжением. Это слишком агрессивное слово. Мы здесь, чтобы установить свое присутствие и постепенно поглотить ваш вид в Ветусианскую Империю.
Я сдержала ярость, от которой свело челюсти.
— Стараетесь не называть вторжением? Вы убивали людей. Я видела это. Видела их тела на улицах.
Мой голос эхом отдавался от голых стен, выкрашенных в тот кремово-желтый цвет, который встречается в каждом отеле на планете. Но как бы тяжело я ни дышала, легким катастрофически не хватало кислорода. Была ли это та самая бурная реакция, которая должна была случиться сразу после пробуждения? Сорвусь ли я сейчас? Хочу ли я этого?
— У тебя гипервентиляция, — заметил целитель.
— Я знаю!
Черт возьми, я же медсестра! Конечно, я знала, что у меня гипервентиляция! Видела, как стены смыкаются вокруг меня. Ну же, Иден, возьми себя в руки.
Я закрыла лицо ладонями, прижала холодные пальцы ко лбу и начала медленно, глубоко дышать. Вдох… раз, два, три. Выдох… раз, два, три.
Его обеспокоенный взгляд встретился с моим.
— Лучше? Еще одна такая паническая атака, и мне придется вколоть тебе успокоительное. Таков протокол.
Я коротко кивнула.
— Я в порядке.
— Я понимаю, что это тяжело принять, и понимаю твои чувства к нам. Переходы никогда не даются легко ни одной из сторон. Мы дали всем шанс сделать это без кровопролития. Но… люди погибли. Ветусианцы погибли. Все пошло не совсем по плану, но это не отменяет того факта, что мы намерены сделать этот переход успешным.
Он коснулся белого браслета на запястье, который тут же спроецировал трехмерное изображение, парящее над его рукой в виде непонятных мне символов.
— Хирург обнаружил спящий рак в одной из твоих клеток, — сказал он, пролистывая пальцем то, что, должно быть, было моей медицинской картой. — Рак груди. В любом случае, ему удалось заменить ее здоровой копией, так что это больше не проблема. В остальном ты здорова. Травм не обнаружено. При приеме уровень гидратации был в норме.