Но что, если я не смогу защитить ее от тьмы внутри самого себя?
Мне следовало передать ее этому бесполезному целителю, вернуться на мостик и забыть о ее существовании. Вместо этого я двинулся в ту сторону, откуда она пришла.
— Проводи меня в ее комнату. Там ты загрузишь ее профиль и проверишь, подходит ли она кому-то из наших мужчин.
Целитель сглотнул, затем кивнул.
— Да, Командор. Сэр. Сюда, пожалуйста.
Как только он протянул руки, чтобы забрать ее у меня, где-то в глубине моей груди раздался первобытный рык. Он вздрогнул. Я тоже, сам не понимая, откуда взялось это чувство собственности. Но оно так стремительно разлилось по венам, что отдать ее казалось невыполнимой задачей.
— Я сам ее донесу.
Он склонился в поклоне, указал рукой на коридор, пробормотал еще одно «да, Командор» и пошел впереди. Игнорируя приветствия и поклоны, которые встречали меня, пока я нес женщину мимо многочисленных дверей, я последовал за целителем в ту, что ушла в стену при его приближении.
Я с неохотой опустил ее на кровать. Когда я отстранился, в моих пальцах поселилась легкая дрожь.
— Твое имя? — спросил я, подходя к стене и рассматривая бесчисленные, повторяющиеся рисунки.
— Мелек, сэр. — Он открыл коммуникатор и переключился на ее профиль, указывая на рисунки, пока ждал завершения загрузки. — Воспоминание из детства. Мать возила ее в эту хижину всякий раз, когда отец уходил на задание.
— Ее отец — военный?
— Да, сэр.
Я снял со стены один из рисунков, вглядываясь в сполохи красного, желтого и оранжевого. Деревья сбрасывали листья, их отражения дрожали на поверхности озера. Перед ним на солнце сияло человеческое жилище с огромными окнами с одной стороны.
Я наблюдал за тем, как голографическое изображение на комме Мелека ищет генетическое совпадение, и мой желудок скрутило спазмом.
— Она знает? Если предположить, что у нее есть пара среди ветусианцев, она знает о наших надеждах?
— Да, сэр, знает. — В его голосе послышалась легкая дрожь, которая объяснилась последующими словами: — Женщина сказала, цитирую: «Я лучше приму три жирных человеческих хера в задницу, чем раздвину ноги перед одним из вас, чтобы вы превратили меня в инкубатор». Прошу прощения за грубость. Ее лексикон бывает… весьма колоритным.
Воздух вокруг сгустился, будто на всем корабле не хватало кислорода, чтобы я мог ясно мыслить. Что я здесь делаю?
Учитывая, как она со мной боролась, не нужно быть ученым, чтобы понять: она никогда не сойдется с кем-то из нас добровольно. Тем более со мной. Конечно, остается сила — то, что всегда давалось мне так легко. Но разве это не докажет лишний раз мою непригодность?
Изнасилование, среди прочего, карается смертью. Закон, который я сам установил ради успеха нашей миссии, а не ради самих женщин. Подстроить его под свои нужды было бы достаточно просто.
Что делать? Что же делать?
Я сложил рисунок вдвое и сунул его в нагрудный карман, направляясь к двери. Иден была всем, чего я не должен был желать, ведь она заслуживала всего, чего я не мог ей дать. Меньшее, что я мог сделать для нее — это игнорировать влечение, которое я к ней испытывал.
Бип… бип… бип.
Звук коммуникатора заставил меня замереть.
Сердце забилось чаще, грудная клетка внезапно стала слишком тесной для этого органа. Этого не может быть.
— Это нечто совсем иное, — произнес Мелек. Если бы я оглянулся, увидел бы я шок на его лице? — Вы сказали, что сами захватили ее, сэр?
Я медленно обернулся, чувствуя, как моя выдержка осыпается слой за слоем.
— Да. Она… выстрелила в меня.
— Похоже на Иден, — хмыкнул он, но тут же вытянулся, заметив, что вышел за рамки профессионального тона. — Позвольте спросить, что вы почувствовали, когда захватили ее, Командор? Эта информация может быть ценна для наших исследований.
Мне не понравился подтекст этого вопроса. Или, возможно, он понравился мне слишком сильно.
— Ничего.
Лжец.
Я почувствовал то, чему не мог дать названия, в ту самую секунду, когда увидел ее, прижимая к себе дольше необходимого. Мною овладела необъяснимая преданность этой женщине. Сила, с которой я не мог ни справиться, ни совладать.
Мутные глаза Мелека встретились с моими. Его поза была прямой, профессиональной… обеспокоенной?
— Командор, эта женщина подходит под ваш профиль. Счастлив сообщить, что у вас с Иден — связь Гайи.
Струйка жалости потекла по моим венам. К ней — не к себе. Знание причины, по которой она продолжала врываться в мою жизнь, мало помогало удержать ускользающий контроль.