— Нет. Я заполучу Аликс, но дождусь, когда она сама придет ко мне. Счастье дочери для меня всего важней, но я не откажусь от приза, которым стремлюсь завладеть!
— Предложите ей руку, — лукаво улыбнулась Фенелла.
— Если ее отвращение к плотскому союзу так велико, как ты считаешь, это еще больше ее напугает, — покачал головой Малькольм. — Нет, Аликс можно завоевать только добротой и нежностью, похоже, раньше ни один мужчина не ухаживал за ней.
— Осторожнее, милорд, — остерегла Фенелла. — Если не ради Аликс, то хотя бы ради Фионы. Девочка ее любит.
В этот момент к ним подбежала Фиона.
— Аликс уже выздоровела, Фенелла? — наивно спросила она.
— Завтра все будет хорошо. Но тебе пора спать. Я сама тебя уложу. Увидитесь с Аликс завтра утром.
Она взяла малышку за руку и увела.
Малькольм подошел к буфету, налил себе виски и, усевшись у огня, стал размышлять над словами Фенеллы. Что же это за мужчина, который жестоко обращается с женщиной в постели? И что он сделал с Аликс, красивой, молодой девушкой из хорошей семьи? Неужели он не мог наслаждаться одновременно ею и любовницей? Неужели было так необходимо наказывать Аликс за то, что ему не разрешили взять в жены другую женщину? Большинство браков совершается по расчету. И мужчины получают не тех жен, которых хотят.
А вот он получил ту, которую хотел, и что из этого вышло? Но он не мог представить, что можно быть жестоким с женщиной. Сам Малькольм никогда не был жесток с Робеной. И спас бы ее, если бы мог.
Теперь же пообещал себе, что не будет торопиться с Аликс. Она достойна того, чтобы узнать все глубины сладостной страсти между мужчиной и женщиной. Он завоюет ее, и очень скоро!
В последующие дни поведение лэрда было безупречным. Он словно забыл о своем желании. Сначала Аликс держалась настороже, но когда наступил март, немного оттаяла. Как-то вечером, когда Аликс вернулась в зал, чтобы проверить, все ли свечи погашены и заперты ли двери, Малькольм окликнул ее:
— Возьмите кубок, мистрис Аликс, и посидите со мной у огня.
Аликс не знала, почему приняла приглашение, но его слова показались ей скорее мольбой одинокого, нуждающегося в друге человека, чем предложением похотливого лэрда, пытающегося соблазнить женщину. Она налила вина в чашу и подошла к нему.
— В воздухе сегодня пахло весной, — слегка улыбнулась она. — И ягнята в загоне так весело играли.
— Да, весна пришла, — согласился он. — Я хотел извиниться, Аликс.
— Извиниться? Но простите, милорд, за что?
— Несколько недель назад я испугал вас, и за это прошу прощения.
Аликс на секунду застыла.
— Милорд, я счастлива оставаться компаньонкой и воспитательницей Фионы. Не хотелось бы все испортить.
— Я ничего не испорчу, — пообещал он. — Но скажите: почему вы находите мое внимание столь неприятным?
Первой мыслью Аликс было подняться и уйти, однако, она осталась сидеть, понимая, что следует объяснить лэрду, почему ей не нужна его благосклонность. Он красив и богат — качества, которые вернее всего привлекают женщин.
— Как вам известно, милорд, мой брак не был счастливым. И я больше не хочу выходить замуж.
— А мне вовсе не нужна жена, — признался он.
— И все же вы не прочь уложить меня в постель.
— Совершенно верно, — кивнул он, слегка улыбаясь.
— И оскорблены моим отказом, — вздохнула Аликс.
— Нет, но мне любопытно знать причину этого отказа. Не скажете ли, почему вы отвергли меня?
Аликс призадумалась. Наверное, он из тех людей, которые не успокоятся, пока не узнают правду. И если она скажет ему правду, он скорее всего оставит ее в покое и будет искать наслаждений в другом месте. Тот позор, который она пережила в постели Хейла, не ее позор: во всем виноват муж.
Аликс снова вздохнула и начала:
— Хейл ненавидел меня за то, что я не была той, кого он любил. Ее звали Мейдой. Ему пришлось овладеть мной, чтобы угодить отцу. Да, он использовал меня, как мужчины используют женщин, но без нежности и доброты. Он приходил ко мне в полной темноте, потому что чувствовал себя виноватым, считая, что предает таким образом Мейду. Он не хотел смотреть на меня даже в эти короткие мгновения. Наспех, жестоко взял мою девственность и оставил меня одну в этой темной комнате. Каждый раз наше соитие происходило очень быстро, потом он вставал и возвращался к женщине, которую любил. Повезло, что я не забеременела от него! — Аликс не стала говорить лэрду, что это отец уберег ее от беды. — Мгновения близости были мне неприятны. Отец утверждал, что лежать в постели с любимым человеком — это лучшее, что есть на свете. Но мне не хочется рисковать, терпя новые унижения и обиды. Я больше не хочу быть ничьей женой.