Она легонько провела подушечками пальцев по его учащенно вздымающейся груди и в жилах Себастиана мгновенно закипела кровь.
— Ты не должна, милая…
Он сделал слабую попытку отнять ее руку, но Каталина вновь посмотрела на него затуманенным взором:
— Мне необходимо это, иначе я… умру. Поцелуй меня, Себастиан.
Она подставила ему влажные полураскрывшиеся губы и, не в силах более сдерживаться, маркиз заключил ее в страстные объятья. Он целовал ее пылко, жадно, и в то же время был бесконечно нежен с ней. Его ладони безостановочно скользили по ее спине, талии, поднимались к нежным упругим грудям и Каталина, прижимаясь к его напрягшимся чреслам, медленно погружалась в чувственный мир наслаждений.
С каждый ненасытным поцелуем его желание возрастало, он и думать забыл о том, что хотел только согреть и успокоить ее. Где-то в потаенном уголке сознания мелькнула мысль, что это может стать началом конца, но ему было глубоко наплевать. Она с такой горячностью отвечала на его ласки, что от переизбытка чувств у него кружилась голова. Никогда раньше он не видел столь совершенной красоты. Он любовался ее высокими округлыми грудями, тонкой талией, которую можно было обхватить двумя его ладонями, точеными бедрами, тесно льнущими к нему и длинными стройными ножками, обвивающими его мускулистые ноги. А она вела себя столь раскованно и свободно, что его, помимо воли, кольнула острая игла ревности, которую он поскорее запрятал глубоко внутрь себя. Вместо этого он сильнее сжал ладонями ее упругие ягодицы и с неистовством изнывающего от жажды путника завладел губами, как неиссякаемым источником.
Прикосновение опытных пальцев оказывали на Каталину возбуждающее действие. Она тихонько застонала, едва почувствовала разгоряченные губы на своей набухшей груди. Легонько пробежавшись пальцами по бугрившимся мышцам его плеч, она погладила шею и вцепилась в его влажные волосы.
— Себастиан, любовь моя…
Серебристые глаза сверкнули в свете холодного полумесяца, и на Каталину обрушилась лавина упоительного блаженства. Чувственные губы ласкали розовые соски, смыкаясь на каждом по очереди, теребя и дразня, доводя до исступления. Она выгибалась ему навстречу, жадно ловя ртом воздух, а его неутомимые пальцы продолжали ласкать шелковистую кожу, опускаясь все ниже и ниже.
Себастиан смотрел в пьянящие фиалковые глаза, и огонь желания опалял его стократ от ее легких прикосновений и тихих стонов. Поглощенный необычайной прелестью ощущений, которые она ему дарила, он обезумел в своей страсти. Он скользнул рукой по внутренней стороне ее бедер, все ближе подбираясь к средоточию ее женственности, и Каталина на миг застыла в предчувствии сладостных, еще неизведанных доселе наслаждений. Ее тело, объятое восхитительным, всепоглощающим пламенем, медленно таяло и растворялось в его умелых руках. С протяжным вздохом она раскрылась, как цветок под первыми лучами солнца, подчиняясь его воле и древним, как сам мир инстинктам, но, не успев опомниться, сжалась от боли. Ее будто обожгла раскаленная сталь. Из фиалковых глаз брызнули слезы, но Себастиан принялся осушать их, нежно целуя ее веки, щеки, губы, ласково шепча:
— Каталина, милая, прости.
Боль постепенно утихала, уступая место вихрю упоительного блаженства. Тела и дыхания любовников слились воедино, раз за разом поднимая их ввысь в поднебесье, даря им ни с чем несравнимое удовольствие, а насытившись страстью, утомленные, они заснули в объятьях друг друга.
Когда забрезжил рассвет и крики чаек над головой оповестили о начале нового дня, Каталина сладко зевнула и улыбнулась первым лучам солнца, мягко ласкающим ее лицо. Ей привиделся чудный, сладостный сон, от которого ей не хотелось пробуждаться, но лениво вздохнув и окинув глазами окружающую обстановку она с совершенной очевидностью поняла, что это были не грезы. Она закусила губу, зардевшись от нахлынувших воспоминаний, и перевернулась на другой бочок, чтобы быть поближе к Себастиану, однако, и это потрясло ее до глубины души, его не оказалось на месте. В их импровизированной постели она была одна.
Каталина привстала на корточки и повертела головой, но маркиза нигде не было видно. Сердце тревожно забилось. Он покинул ее, не сказав ни слова. И это после той волшебной ночи, что они провели вместе? Что случилось? Где ее муж?
Часть II
В логове зверя