Каталина и не заметила, как начала говорить, безотчетно выплескивая наружу накопленные за последние месяцы впечатления, как будто только и ждала того самого случая, когда ей представиться шанс с кем-то ими поделиться. Отец Сильвестр относился к тому типу людей, кто быстро располагал к себе и умел чутко, не перебивая, слушать собеседника. Она рассказала священнику обо всем, что с ней произошло с момента появления на вилле Сент-Ферре. Ничего не утаивая, она поведала обо всех своих тягостных раздумьях, поделилась своими страхами и душевными переживаниями, не забыв при этом сообщить и о своем теперешнем положении. А когда закончила свой рассказ, то испытала невероятное облегчение, будто тяжелый, неподъемный груз, незримо довлеющий над ней, наконец, свалился с ее хрупких плеч, и ей стало легче дышать.
Внимательно выслушав молодую маркизу, священник лишь единожды чуть заметно вздрогнул, но уже в следующее мгновенье его высокий лоб разгладился, а в глубоких янтарных глазах застыло молчаливое сочувствие.
— Ты ходила к повитухе, дочь моя? — поинтересовался он осторожно.
— Нет, — отрицательно качнула головой Каталина. Она была взволнована. — Я сама только утром узнала.
— А супругу известно о том? — тихо спросил отец Сильвестр.
— Пока не представилось случая, — пробормотала маркиза, густо краснея под пристальным взглядом священника, не к месту вспомнив вчерашнюю стычку с Себастианом и его недовольство по поводу ее приезда.
Отец Сильвестр положил руку поверх ее сложенных на коленях ладоней и успокаивающе взглянул в фиалковые очи:
— Несомненно, дочь моя, в последнее время тебе пришлось нелегко. Хочу, чтобы ты знала, я понимаю и поддерживаю тебя, и бесконечно рад, что ты доверилась мне. Признаться, я немало удивлен бесчестным поступком своего внучатого племянника Родриго и долгим молчанием Себастиана. Но теперь, когда супруг раскрылся перед тобой, постарайся не держать на него зла. Господь учит нас смирению и покаянию. Тебе воздастся за терпение, а племянник, я уверен, еще одумается и придет за прощением. Прошу, не отвергай его ради вашей любви и ради будущего дитя!
Каталина молча, кивнула и падре, облегченно вздыхая, тепло улыбнулся:
— Теперь же, дочь моя, тебе предстоит поделиться с супругом радостной вестью. Я помолюсь за вас с Себастианом.
— Благодарю, ваше преподобие, — Каталина порывисто опустилась на колени перед отцом Сильвестром и прижалась губами к тыльной стороне его вытянутой руки. — Я сегодня расскажу обо всем Себастиану.
— Вот и славно, — голос священника звучал обволакивающе мягко и Каталина быстро успокоилась.
— Благословите меня, падре.
— Благословляю, дочь моя. Иди с миром.
Когда Каталина возвратилась в свои покои, Пилар с деловитым видом возилась в набитых до отказа сундуках, доставленных по ее просьбе из кладовых замка, и придирчиво отбирала подходящие платья из старого гардероба предыдущей маркизы, которые еще можно было перешить. Но, едва сеньора переступила порог спальни, как Пилар хлопотливо засуетилась, старательно избегая пересечься взглядом со своей госпожой.
Служанка помогла Каталине переодеться в домашнее платье и туфли.
— Сеньора, верно, проголодалась. Пойду, распоряжусь насчет обеда.
Пилар уже собиралась выскочить за дверь, как Каталина остановила ее:
— Я не голодна, просто принеси чего-нибудь перекусить.
— Но, сеньора, — резонно возразила Пилар, — вас так долго не было, вам следует подкрепиться. Вы носите под сердцем наследника Сент-Ферре.
— Тише, — Каталина приложила палец к губам. — Надеюсь, ты никому не успела разболтать последние новости?
Пилар покраснела до корней волос:
— Обижаете, сеньора, у меня всегда рот на замке. Да и кому мне здесь рассказывать? Неужто этой пронырливой особе или кому-то из слуг? Да и сеньор мне на глаза не попадался.
— А если даже встретится, — примирительно улыбнулась Каталина, глядя на обиженное выражение лица своей служанки, — ни слова, ни полслова. Ты поняла?
— Ну, конечно, сеньора, — всплеснула худыми руками Пилар. — Такие радостные вести приятнее получать мужу от жены.
— Хорошо, ступай.
Каталина тихонько вздохнула, откинувшись на спинку кресла, и прикрыла утомленные веки. Что-то она немного подустала, прогуливаясь пешком до деревенской церкви и обратно, и ведя с падре продолжительную беседу, отнявшую у нее много сил. Ноги с непривычки гудели от долгой ходьбы, а потом еще до замка пришлось подниматься в гору. Конечно, верный Марко был рядом, за исключением того времени, что она провела в церкви. Отважный командир ее охраны до сих пор не был приведен в лоно католичества, поэтому остался терпеливо дожидаться ее на паперти. Он сопровождал ее всю дорогу, но не могла же она просить его нести ее на руках, как маленького ребенка. Определенно, в следующий раз нужно будет взять с собой легкую повозку.