— Не волнуйтесь, сеньора, — Пилар смотрела на обеспокоенное лицо госпожи и хотела ее хоть как-то подбодрить. Ей самой было тяжко расставаться с добряком Маноло, которому давно подарила свое сердечко. — Сеньор Кабрерас обязательно вернется живым и невредимым, как и все те, кто сопровождает нашего маркиза. Все вокруг говорят о войне, но я в нее не верю. Господь не допустит новых кровопролитий на нашей земле. Мы итак пережили много бед.
Каталина и Пилар, кутаясь от пронизывающего холода в меховые плащи, стояли на крыше западной башни замка и тоскливым взглядом провожали маленький отряд, выехавший из Кастель Кабрерас ранним январским утром. Себастиан с гордо поднятой головой со своим оруженосцем ехал впереди, а его люди ровным строем по двое скакали следом, отставая на полкорпуса от сеньора.
— И мне хочется в это верить, Пилар, но пути Господни неисповедимы. Кто знает, что ждет нас впереди? Не превратится ли Испания из королевства, покорившего полмира в королевство, покоренное лягушатником?
Когда всадники скрылись с глаз и достигли дорожной развилки, один лихой наездник отделился от основного отряда и во весь опор помчал быстроногого коня на юг. В его седельной сумке лежало срочное письмо в Сент-Ферре.
Спустя неделю в Кастель Кабрерас пожаловали две гостьи в сопровождении полудюжины охранников в черных плащах, на спинах которых был изображен коршун, рвущий когтями змею. Герб маркиза Сент-Ферре. Каталина в тот момент находилась в Большом зале и, греясь у полыхающего камина, корпела над незаконченным гобеленом, что нашла в хозяйских кладовых, пока бесцельно бродила по комнатам, с интересом осматривая средневековое убранство старинного замка. На гобелене было запечатлено пришедшее на водопой семейство оленей. Отец семейства, благородный пятнистый олень с ветвистыми рогами, зорко вглядывался в чащу леса, в то время как олениха и двое их маленьких оленят утоляли жажду в мелководном ручье. Рисунок на полотне показался Каталине глубоко символичным, и она увлеченно принялась за вышивание, коротая время в ожидании возвращения Себастиана и испытывая немалое довольство, что нашла занятие по душе.
— Ваше сиятельство, — в зал вошел высокий худощавый слуга и, церемонно поклонившись, вздернул кверху длинный горбатый нос, — в Кастель Кабрерас прибыла Беатрис с…
Каталина подняла взгляд от гобелена:
— Какой приятный сюрприз, Джавиер! — она улыбнулась камергеру маркиза, временно исполнявшему роль дворецкого вместо старого Бернардино, мучившегося подагрой в своей каморке на чердаке. — Что же ты держишь нашу дорогую Беатрис на пороге? Скорее зови ее сюда, к огню. Она, должно быть, устала и замерзла. Нигде нет спасения от ледяных пронизывающих ветров.
Джавиер кивнул и, искусно подражая манерам Анселмо, учтиво осведомился:
— Что-нибудь принести, сеньора?
— Конечно, — Каталина всплеснула руками, радуясь тому, что увидит знакомое лицо. Постная физиономия баронессы за последние дни ей порядком поднадоела. Как же ей не хватало разнообразия в этих скучных и холодных стенах. — Принеси нам горячего шоколада и медовых булочек, тех, которые Ана испекла поутру. Да, и передай ей, чтобы принималась за обед. Беатрис приехала издалека и, скорее всего, успела проголодаться в дороге, — размышляла вслух Каталина, поднимаясь с кресла и давая слуге последние указания. — Что касается приехавших с ней людей, пусть их накормят на кухне, и подумай над тем, где их можно разместить.
— Слушаюсь, ваше сиятельство.
Едва Джавиер вышел из зала, как на пороге появились две женщины, закутанные в теплые шерстяные плащи. В одной из них Каталина сразу узнала свою добрую Беатрис и уже хотела подбежать и расцеловать бывшую кормилицу мужа, так сильно она истосковалась по славной и заботливой женщине, как другая гостья заставила ее замереть на месте. С прекрасного лица маркизы сошел весь румянец, она побледнела до такой степени, что голубые прожилки на лбу и висках стали отчетливо видны. Она не могла ни пошевелиться, ни что-то сказать. Как рыба, выброшенная штормовыми волнами на берег, она открывала рот, не издавая ни звука, оцепенев от потрясения. Перед ней собственной персоной стояла гадалка и целительница Эуфимия Майора, больше известная как повитуха из Сент-Ферре.