Тори едва ли знала кто такие леди. Получив нужные ей слова, она повела Клевер по пыльной дороге, но не смогла заставить себя опустить голову. Вместо этого она с любопытством смотрела по сторонам, оглядывая город в котором так часто бывал Хэмиш, но куда никогда не отпускал ее и детей. Интересно, какое из этих зданий было салуном, в котором жила та женщина которая последней приезжала к Хэмишу?
Ответ на свой вопрос Тори получила гораздо быстрее, чем ожидала. Из одного из зданий раздался взрыв женского хохота, а потом из дверей выскочила девушка. От ее вида, Тори густо покраснела. Низкий вырез на ярком красном платье открывал вид на большую грудь, а задернутый под пояс подол показывал черные чулки и кружевные подвязки, обтягивающие стройные ноги. Тори едва не остановилась, с изумлением увидев как огромный мужчина выскочил вслед за женщиной и ухватив ее за талию, легко перекинул через плечо. После этого он вернулся в салун. Тогда Тори услышала очередную вспышку бурного смеха, только на сей раз мужского. Тори встряхнула головой. Эта картина одновременно испугала и удивила ее. Хэмиш никогда вот так не смеялся дома, да и в компании тех женщин, которых приводил в дом.
Решив больше не думать об этом, Тори встряхнула головой и поспешила вперед, четко помня что сказал тот мужчина. Последний дом она нашла сразу и пусть она не умела читать, но интуиция подсказала ей, что она не ошиблась.
Привязав Клевер к перилам, Тори быстро поднялась под ступеням и постучала в дверь. Ей не пришлось долго ждать. Мгновение спустя дверь открылась. Мужчина в белом фартуке, повязанном на поясе привалился рукой на косяк и оглядел ее насмешливым взглядом. Тори не позволила себя отвлечься на этот взгляд.
— Мой племянник заболел, — сказала Тори, бесстрашно шагнув вперед, — Он долго стоял под дождем. Но я не смогла привезти его сюда. Я думаю мне нужно лекарство.
Мужчина безразлично хмыкнул и пожал плечами.
— Чем будешь платить? — равнодушно спросил он, снова осматривая ее. — Вижу, что денег у тебя нет. Я прав?
Тори сжала кулаки и отрывисто кивнула. Разве у нее когда-то вообще были деньги?
— Я могу что-то сделать для вас. Помочь в доме, — сказала она, кивая на распахнутую дверь.
— Проваливай. Я у меня не дом милосердия для нищенки и я точно не нуждаюсь в услугах то, кто даже себя не может привести в порядок, — чертыхнулся мужчина, гневно посмотрев на нее, — Я не лечу и уж тем более не раздаю лекарства попусту на подобных тебе.
Он уже хотел закрыть двери, но Тори бросилась вперед. Она не могла, нет, не могла, поверить что сама возьмет и вот так легко сдастся. Нет, только не она. Коди и Зак зависели от нее. Зная, как Хэмиш относился к ее прикосновениям, Тори не посмела дотронуться до мужчины. Вместо этого она всунула ногу между закрывающейся дверью и косяком.
— Если у меня появятся деньги, вы дадите мне лекарство? — спросила Тори. Пусть она и не была частым гостей в городе, но Хэмиш хорошо постарался приучая ее к взрослой жизни. У нее не было никакой надежды на чужую жалость и она знала, что доктор не отдаст ей лекарство просто так. Но ей хотелось верить, что когда у нее появятся деньги, он все еще поможет ей с лекарством.
Красноречиво посмотрев на ее грязную ногу, мешающую ему закрыть дверь, мужчина раздраженно вздохнул.
— Да откуда тебе взять денег, — проворчал он, — Но да, я буду в лавке еще несколько часов. Будь ты при деньгах, я бы продал тебе что угодно. А теперь проваливай.
Тори отрывисто кивнула и едва успела убрать ногу, как мужчина тут же закрыл дверь. Значит ей нужны деньги и как можно скорее. У нее, да и у Коди тоже не было в запасе столько времени как несколько часов. Нужно поторопиться.
Тори растерянно смахнула волосы с лица и осмотрелась. Любопытные прохожие продолжали разглядывать ее с осторожностью и напряженностью. Но Тори это совсем не волновало. Она думала только о том, где достать деньги.
Могла ли она продать Клевер? Тори смущенно взглянула на лошадь, которой кажется было столько же лет, сколько и ей самой. Считалась ли она старым животным? Старая и ленивая, так ее называл Хэмиш. Тори встряхнула головой. Нет, она не могла лишить их единственной связи с городом. Если бы не Клевер, ей бы ни за что на свете не оказаться так быстро в городе.
Но что же ей тогда делать?
Отвязав Клевер, Тори пошла обратно по улице. Из салуна снова и снова раздавались взрывы смеха, а в верхних окнах то и дело мелькали всполохи разноцветных юбок. Тори не знала что именно заставило ее остановиться. Может быть она сделала это из-за тех слов, который ей когда бросила Дебра? Хэмиш платил ей деньги за то, что она позволяла ему причинить ей боль. Ее брат, который жалел деньги для семьи, платил женщине, которая жила в салуне.